— Ты спросила, почему я сорвался спустя три месяца? Да потому что не выдержал, слишком много всего навалилось. — Я беспомощно пожал плечами. — А скоро у нас родится ребенок, и мне дико страшно снова все испортить. Я понимаю, что должен завязать. И обязательно завяжу. Но я могу сколько угодно обещать тебе исправиться, причем совершенно искренне, однако проблема в том, что я себе не доверяю. — Мои плечи уныло поникли, с губ сорвался страдальческий вздох. — Не доверяю, Ифа.
Моллой не закричала, не осыпала меня ругательствами. Не залепила мне пощечину, не убежала прочь. А застыла напротив, не сводя с меня глаз, впитывая горькую истину.
— Скажи, о чем ты думаешь прямо сейчас?
— О чем думаю?
— Да.
— О тебе, — искренне ответил я. — О тебе и ребенке.
Вздрогнув, она кивнула и крепче обняла меня за шею.
— А твои мысли? Где вообще твои мысли, Джо?
— Там же, где и всегда. С тобой.
— Я в тебя верю.
Фраза полоснула по мне, словно острый нож, заставив содрогнуться.
— Моллой.
— Я. В тебя. Верю, — медленно повторила она. — Джо, никто не требует от тебя совершенства. Блин, да я и сама далека от идеала. Главное, не обманывай меня, не предавай и продолжай бороться.
— А если у меня не получится? Не получится оправдать твое доверие? — отважился спросить я. — Если случится очередная хрень и я снова тебя подведу? Что тогда?
— Ты совсем не берешь в расчет мои чувства. — Пальцы Моллой гладили мои щеки. — Да, быть любимым тебе в новинку, однако любовь не подразумевает оговорок или условий. Она бескорыстна, Джо.
Я изумленно уставился на нее.
— Не пойму, о чем ты.
— Кто бы сомневался. — Моллой привстала на цыпочки и поцеловала меня в уголок рта. — В твоем случае это нормально.
— У каждого есть предел, Моллой. Со мной ты рано или поздно его достигнешь.
— Джо, ты меня любишь?
Я отстранился, нахмурился.
— Ты же знаешь, что люблю.
Она выразительно подняла бровь:
— Ты собираешься трахаться за моей спиной с другими девушками?
Я закатил глаза:
— Самой не смешно?
— Ты не ответил.
— Нет, Моллой, — буркнул я. — Я свой член не на помойке нашел.
Она хлопнула меня по груди.
— Неправильно, Джо.
— Тогда другой вариант. Я не собираюсь трахаться за твоей спиной, потому что вся моя энергия и время уходят на тебя, такую восхитительную и многогранную.
— Опять мимо, болван.
— Ладно. Я не собираюсь тебе изменять, потому что мне больше никто не нужен. Для меня существуешь только ты.
— И?
— И? — растерялся я.
— И… — напирала Моллой, выжидательно глядя на меня.
Я обреченно вздохнул и выпалил:
— Еще потому, что на всем белом свете нет никого сексуальнее — и тщеславнее.
— Отлично, — похвалила она и продолжила допрос: — И главное, ты собираешься слинять перед родами? Собираешься меня кинуть? — (Мой взгляд был красноречивее всяких слов.) — Вот ты и ответил на свой вопрос. Все у тебя получится, Джо. Ты стоишь моего доверия. И даже больше.
60
ТРЕВОЖНЫЙ НАБАТ
ИФА
Когда сгустились сумерки и холод пробрал до костей, мы с Джоуи поплелись в мой квартал. Хотя меня по-прежнему терзали сомнения, а впереди маячила перспектива объяснения с отцом, присутствие Джоуи успокаивало. Привычная манера, с какой он обнимал меня за плечи, сегодня значила гораздо больше, чем во все предыдущие разы. Пусть мы крупно вляпались, однако он по-прежнему был рядом, поддерживал меня как преданный союзник.
Мы оба понимали: как бы отец ни отреагировал на сложившуюся ситуацию, кара неизбежно падет на голову Джоуи, однако это ни на секунду не поколебало его решимости. Меня переполняла благодарность за то, что он человек слова.
Джоуи сказал, что не оставит меня, и не оставил. Естественно, он боялся неизвестности. Сомневался в своей способности завязать и не сорваться снова.
Сегодня он раскрылся передо мной, как никогда прежде, и хотя его демоны напугали меня до полусмерти, я была искренне признательна ему за откровенность. За то, что он сумел довериться мне, не доверяя себе самому.
— Что за чертовщина? — выпалил Джоуи, когда мы свернули на мою улицу и увидели знакомую древнюю «хонду-аккорд», припаркованную перед моим домом.
Сердце у меня бешено заколотилось, глаза испуганно расширились.
— Это же...
— Тачка моего папаши, — кивнул Джоуи. — Удавлю тварь.
— Нет, не вздумай, — предостерегла я, повернувшись к нему. — Джо, притормози. Притормози! — Я взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть на меня. — Ш-ш-ш, успокойся. Пожалуйста.
— Он в твоем доме, Моллой! — Вне себя от ярости, Джоуи направился к калитке моего садика, обнял меня за плечи и повел за собой, когда я не отступила с его пути. — Во что, черт возьми, он играет?
— Плевать, Джо. Слышишь меня? — Упершись пятками в землю, я положила ладони ему на грудь. — Все хорошо. Этому мерзавцу меня не напугать.
— Не хочу, чтобы он в принципе к тебе приближался!
Меня бы вполне устроило, чтобы он не приближался к нам обоим, однако чутье подсказывало: отец Джоуи здесь потому, что его позвал мой папа, а не почему-то еще.
— Дыши, хорошо? Давай, глубокий вдох.
Взбешенный, Джоуи вытаращил глаза.
— Ты, блин, рехнулась?
