— Ладно, ладно. Умолкаю. — Я примирительно выставила ладони и, тихонько посмеиваясь, взглянула на маму. — Помнишь, пару лет назад я говорила, что никогда ни к кому не привяжусь по-настоящему?
— Да, было такое, — тонко улыбнулась мама. — Помнится, ты клялась, что никогда не влюбишься в Пола и вообще не позволишь себе потерять голову из-за парня.
— Наивная дура! — скривилась я.
— На тот момент ты действительно в это верила.
— Еще как верила.
— Но Пол Райс — не Джоуи Линч?
— Нет. — Я шумно выдохнула и покачала головой. — Он не Джоуи.
— Сказать по правде, я места себе не находила. — Мама отхлебнула латте и добавила: — Очень тяжело было видеть, как ты изображаешь чувства к Полу, хотя в действительности не испытываешь к нему ровным счетом ничего и всей душой тянешься к другому.
— Неужели это настолько бросалось в глаза? — опешила я.
— Даже не сомневайся. Ты потратила четыре года юности на парня, с которым у вас нет ничего общего, но при этом ни на секунду не переставала думать о том, кто будоражил тебя одним своим присутствием. — У мамы вырвался меланхоличный вздох. — Ты никогда так не реагировала на Пола. Не краснела, когда он подмигивал, не замирала, когда он на тебя смотрел, а его визиты вгоняли тебя в уныние.
— Три с половиной года, не четыре! — выпалила я. — Да, Пол — надежный, перспективный, из богатой семьи, но я не была с ним счастлива.
— Деньги всегда можно заработать самой, — возразила мама. — Мужчина для этого не нужен.
— Полностью согласна, — поспешно заверила я. — Но Кейси меня жестко гнобила: типа упустила такой шикарный вариант. Нет, сейчас она полностью за Джоуи, но сначала осуждала по полной.
— Мы ведь обе знаем, какая ситуация у нее в семье, — деликатно кашлянула мама. — Вспомни ее мать, Ифа. Бедняжка Кейси столько всего насмотрелась. Чего стоит одна вереница весьма сомнительных мужчин.
— Да уж, — содрогнулась я.
— Тебе известно, с каким трудом они сводят концы с концами в своей крохотной квартирке в Элк-Террас, — продолжала мама. — Думаю, Кейси просто испугалась за тебя, когда ты променяла парня с будущим на того, чьи перспективы весьма туманны.
— Родители Пола тоже не олигархи, — буркнула я. — Да и мы в деньгах не купаемся.
— Может, и не купаемся, зато мы любим друг друга. У нас хорошая, крепкая семья, где преобладают теплота и поддержка, чего с детства лишена Кейси.
— Мам, мне так с тобой повезло. — (Она вздернула бровь.) — Ну а что? — засмеялась я. — Говорю от чистого сердца.
— Угу, а через шесть месяцев ты и вовсе запоешь соловьем, — улыбнулась мама. — Буквально вижу: ребенок плачет без остановки, а ты, по уши в отрыжке и какашках, зовешь на помощь бабушку. К счастью, твой соучастник по преступлению умеет обращаться с грудничками, в отличие от тебя, которая в жизни не держала младенца на руках, — с усмешкой добавила она.
— Я держала Шона.
— Шону три.
— Да, но в первый раз он попал мне на руки в два года.
— Ну ты сравнила! Двухлетний ребенок и беззащитный новорожденный, который полностью зависит от мамочки.
— Мам.
— Кормить, пеленать, менять подгузники, переодевать, баюкать, успокаивать, любить... И это минимум, что нужно делать для грудничка. Если он или она подхватит простуду, тебе придется прочищать ему или ей носик специальной спринцовкой, поскольку ребенок не умеет высмаркиваться. Без материнской заботы и опеки младенцу не выжить. Но поверь, милая, грудничковый период — самый легкий, дальше все будет гораздо сложнее.
— Пожалуйста, перестань, — взмолилась я, чувствуя, что вот-вот упаду в обморок от страха. — Меня дико пугает будущее материнство, странно, как я вообще функционирую.
— Ты справишься, — заверила она. — Из тебя выйдет отличная мать.
— Вряд ли, — пробормотала я. — У меня даже гренки получаются через раз.
— Потому что ты испорченная принцесса, привыкшая, что за нее все делают другие, — засмеялась мама. — Но мы это быстро исправим. К родам ты превратишься в отменную кулинарку, которой все по плечу.
— Только не бросай меня, ладно? — выдавила я. — Хотя мне самой скоро предстоит стать матерью, моя мама мне по-прежнему нужна.
— Ты уже никуда от меня не денешься, — со смехом подмигнула мама. — Смирись.
— Я никуда не съеду. — Я погрозила ей дрожащим пальцем. — Даже не надейся. Останусь под одной крышей с экспертом по воспитанию детей — и глажке.
— Гладить я тебя научу, — расхохоталась мама.
— В жизни не притронусь к утюгу.
— У тебя нет выбора.
— Ошибаешься! — огрызнулась я. — Буду покупать для ребенка специальную немнущуюся одежду.
— А кто, позволь спросить, будет гладить твои вещи?
Я закатила глаза:
— Разумеется, моя мама.
— Ифа, хватит меня смешить. Все у тебя будет хорошо, поверь.
— Надеюсь, мам. Очень надеюсь.
— И у Джоуи все наладится, — добавила она. — У вас обоих все будет хорошо. — Мама проницательно улыбнулась. — А теперь спроси, откуда я это знаю.
— Ну, просвети меня, сенсей.
— Хоть в плане признания своих чувств отец твоего ребенка такой же твердолобый, как ты, его сердце принадлежит и всегда принадлежало только тебе.
