Господи.
– Не считая первого раза, когда ты переступила порог КЭШ, я никогда не считал тебя монстром. – Он берет мою руку в свои сильные нежные ладони. – Ты девочка, которая принесла мне попить и поесть и эти дурацкие «Мальтизерс». Ты не женщина в красном.
Мое всхлипывание повисает в воздухе.
– А в будущем? Что, если ты передумаешь?
– Никогда, сладкая. И знаешь почему? – Он вытирает слезу под моими ресницами и проводит пальцем по уголку моего глаза. – Ты похожа на нее внешне, но вместе с тем у тебя нет ее пустого взгляда или навязчивого голоса. И пока в твоем взгляде есть эта искра, я всегда буду считать тебя
Что-то тяжелое исчезает из груди, хотя сердце разрывается и кровит от всего, что с ним случилось.
Смотрю на Эйдена из-под влажных ресниц.
– Могу я кое-что у тебя спросить?
Он утвердительно мычит.
– Я была тогда жестока? Я имею в виду, разве некоторые дети в таком возрасте не проявляют антисоциальное поведение?
– Хм-м. Сама по себе ты жестокой не была, но не прощала несправедливости. Очевидно, ты была одиноким ребенком, как и я, именно поэтому мы и сошлись. Разница между нами в том, что тебе было трудно контролировать и направлять в правильное русло свою энергию. Словно тебя загнали в реальность, которую ты не могла принять.
– И ты все это понял тогда?
– Нет. Изучал вопрос прошлые годы. – Он стучит по голове. – Вот тут все-таки не совсем пусто.
– Конечно. – Я слабо улыбаюсь. – Говорю тебе, там точно теснятся мысли.
– Приглашаю на экскурсию в любое время. – Он подмигивает. – Просто знай, что не бесплатно.
Я улыбаюсь от иронии в его голосе.
– И какую валюту ты принимаешь?
– Ничего сложного. Секс.
Я в шутку толкаю его плечом.
– У тебя всегда мысли только об одном?
– С тобой – да. – Он прикладывает мою руку к своим штанам и оборачивает мои пальцы вокруг выпуклости, которая не предполагает двойных толкований. Из его горла вырывается стон от моего прикосновения.
– Здесь? – выдыхаю я, понизив голос, как будто кто-то может нас услышать. – Это место больше похоже на камеру пыток.
– У нас здесь есть и хорошие воспоминания. – Он ухмыляется, и его член затвердевает под моей рукой. – А можем сделать их еще лучше, если ты откроешь для меня рот.
Я могу отказаться.
Даже он бы понял меня. Вообще-то мы пришли сюда, чтобы я восстановила память, а не отсосала ему.
Однако мой рот не подчиняется голосу разума.
Во мне просыпается непреодолимое желание доставить Эйдену удовольствие после всей той боли, которую он испытал.
Опускаюсь перед ним на колени и крепче сжимаю член руками сквозь джинсы. Слышу его довольное урчание – большего мне и не нужно, чтобы продолжить. Снимаю его ремень, проворными движениями расстегиваю джинсы. Когда я высвобождаю его достоинство из боксеров, Эйден накрывает мои руки.
– Что? – тяжело дышу я, сбитая с толку. – Я думала, ты хочешь, чтобы я обхватила губами твой член?
– Мне и правда хочется этого. Но сначала ложись.
– Зачем?
– Ложись и все. – Его повелительный тон жесткий и хриплый.
Воздух вокруг нас искрит от неудовлетворенного желания, когда я делаю, как он сказал, не уверенная, к чему Эйден клонит.
– Снимай белье. Медленно, чтобы я рассмотрел все как следует.
От его приказа я горю и начинаю дрожать. Почему его команды так сильно меня заводят?
Просунув пальцы под края моих шортиков, я спускаю их по ногам как можно медленнее, упиваясь его грешным взглядом. Он словно хищник, готовый запрыгнуть на меня и устроить пир на моей плоти.
Как только я вешаю снятые трусики себе на палец, Эйден протягивает руку.
– А теперь отдай их мне.
Я слушаюсь, и он кладет их себе в карман, словно они всегда там и лежали.
Почему это так сексуально?
Не отрывая от меня взгляда, он спускает свои джинсы и боксеры.
От вида его твердого члена с пульсирующими венами мои ноги начинают дрожать.
Он проводит рукой от основания члена к головке. Меня так завораживает это зрелище, что я открываю рот от изумления.
– Ты же обхватишь его этими губами, сладкая?
Я растерянно киваю, наблюдая, как на головке блестит полоска предсемени. Хочу слизать, всосать ее и проглотить целиком.
Он ложится напротив меня, теперь его член оказывается прямо перед моим лицом.
– Возьми его в рот.
Я не раздумываю.
Глубоко вдохнув, беру его максимально глубоко. Лижу и посасываю, обхватив пальцами яйца.
Не успеваю привыкнуть к его размеру, как чувствую дуновение прохладного воздуха на моей самой чувствительной части тела. Голова Эйдена исчезает под моей юбкой, а его губы находят мои влажные складки.
От такого интимного прикосновения у меня на минуту перехватывает дыхание.
– Не останавливайся. – Он хрипит у меня между ног, и его легкая щетина жестко трется о мои бедра.
– Я обещал, что ты кончишь мне на губы, пока будешь отсасывать.
По телу проходит дрожь, и я становлюсь еще более влажной и чувствительной. Я облизываю и глажу его, задействуя губы и руки по полной.
Эйден наслаждается мной, дразня нежную плоть, а затем входит и выходит из меня. Он буквально трахает меня языком.
