— Потому что я — технарь, — ответил Кай Юльевич на незаконченный вопрос, — и другого технаря, пусть даже потенциального, за километр вижу. Так что доедай блины, допивай чай — и вперёд, к светлому будущему.
***
Понедельник выдался абсолютно понедельничным: промозглым и мрачным. К вечеру в воздухе туманом повисла противная мжичка, отчего выходить на улицу не хотелось даже для того, чтобы наконец-то уйти домой. Кай долго возился у себя в кабинете: проверял работы, заполнял всякого рода школьные бюрократические бумажки, даже набросал примерный план-график уроков до конца четверти. Но дела неизбежно подошли к концу, и требовалось собираться, наматывать на шею шарф, облачаться в строгое чёрное пальто. Зонт Кай не взял, шапки не носил принципиально, о чём сильно пожалел, выйдя на школьное крыльцо и поднимая воротник повыше. «Чем быстрее пойду, тем скорее буду дома», — он легко сбежал по ступенькам и стремительно зашагал через двор.
— Умник! — Каю показалось, что он ослышался. — Да погоди ты!
Нет, это не слуховая галлюцинация. Это намного, намного хуже. Кай соляным столпом застыл возле давно скинувшего листву каштана и заворожённо смотрел, как к нему идёт высокий светловолосый человек. Игра жёлтого света фонарей на висящей в воздухе мельчайшей водяной пыли создавала вокруг пришельца золотистый, нездешний ореол. «Влад», — «дипломат» глухо стукнул о мокрый асфальт, выскользнув из ослабевших пальцев.
— Привет! — он изменился, но только в лучшую сторону. Стал ещё выше, шире в плечах и в целом как-то заматерел. Жаль, что состриг свои кудри, но глаза — Кай мог бы поклясться — остались такими же бескомпромиссно зелёными.
— Привет.
— Эй, — Влад замер меньше, чем в полушаге от старого приятеля, — ты что, не рад меня видеть?
— Рад.
— Это шок, я знаю, — он положил ладони Каю на плечи, слегка наклонился вперёд. — Давай-ка, Умница, возвращайся, — и поцеловал.
Кай умер, выпал из реальности, провалился в память о жарком послевыпускном лете, об огромном городе и крохотной малосемейке на шестнадцатом этаже — двадцати квадратных метрах, вместивших в себя целую вселенную. «Нет!» — чей это беззвучный крик? Его? Тогда почему так обжигает щеку ярость чужого взгляда? Кай рванулся прочь, отступая назад и едва не падая. Обернулся: пустой двор, золотисто-влажная дымка, и только стремительная чёрная тень призраком скользнула в сторону от ступенек крыльца.
— Чего шарахаешься, нет же никого, — а вот Влад ничего не заметил. Впрочем, оно и к лучшему.
— Давно приехал? — нейтрально поинтересовался Кай, поднимая с земли «дипломат».
— Сегодня в обед. Позвонил твоим, и мама сдала тебя с потрохами. В жизни бы не подумал, что ты станешь учителем!
— Как и я сам. Ты надолго?
— До конца недели. Умница, в чём дело?
— А сам-то как думаешь? Полдесятка лет — ни слуху ни духу, а тут на тебе: приехал! Радуйтесь и трубите в фанфары!
— Брось, ты же в курсе, что я доучивался в Германии, — поморщился Влад. — А у них программа рассчитана на больший срок.
— М-да? — Кай насмешливо заломил бровь. — И когда же ты вернулся из своей Германии? Тоже вчера? Или полгода назад?
— Всё-то ты знаешь, — вздохнул приятель. — Не город, а большая деревня.
— Что поделать, провинция-с.
— Умница, я не мог приехать раньше. Работа, жильё в столице…
— Свадьба, — подхватил Кай.
— Свадьба, — обречённо согласился Влад. Покосился на золотой ободок вокруг безымянного пальца. — Только я всё равно чертовски рад тебя видеть.
— А я — нет. Извини, но мне домой пора — завтра к первому уроку.
— Врёшь, — уверенно сказал Влад.
— Вру. Ну и что? Ты к родителям ведь приехал? Вот и общайся с ними.
— Злишься. Ладно, признаю, я сильно виноват. Более того, другую реакцию смешно было ожидать. Но, Умница, если ты вдруг передумаешь… Я буду ждать.
— Сколько угодно. Всё, пока. Привет супруге! — Кай обогнул собеседника по широкой дуге и зашагал прочь со всей стремительностью, на которую только были способны его бедные, дрожащие коленки.
***
Конечно, это было несправедливо — оставлять Костю Велесова дежурить одного. Но с другой стороны: на что только не способен благородный рыцарь ради дамы сердца!
— Сериал у них с Лизкой, последняя серия, — самым подлым образом выдала подругу Марьяна, когда они стояли перед кабинетом физики.
— А у тебя?
— А у меня репетитор занятие перенесла. Так что, Велесов, сегодня тебе за всех отдуваться, а завтра — нам.
— Да ладно, не брошу я вас, — великодушно отмахнулся приятель.
— Велесов! — к ним буквально летела Анечка. — У меня к тебе…
—…просьба, — подхватил Костя. — Про подежурить одному.
— Марьяна, ты? — характерный прищур серых глаз не обещал болтунье ничего хорошего.
— Я, — не стала отрицать та. — Но он согласился.
— Правда? — на Анечкиных щеках тут же расцвели ямочки, и Велесов растаял.
— Правда, — мужественно кивнул он. — Развлекайтесь, девочки.
— Ой, Костя! — подруга крепко обняла его за шею. — Но завтра наша очередь!
— Он согласился и завтра втроём дежурить, — между прочим заметила Марьяна, заправляя за ухо выбившуюся из косы смоляную прядь.
— Нет уж! — решительно топнула ногой Анечка. — Всё будет по справедливости.