— Включай соображалку, колдун! Вы создали бога из самих себя, из своих лучших поступков, из любви, верности… Но люди не совершенны, и бог получился тоже не самый умный, понимаешь?
— Нет, но я постараюсь запомнить, — закивал Нишай. — Значит, она возникла так же, как возникает власть?
Он озадачил меня этим сравнением. Но, поразмыслив секунду, я тоже кивнул.
— Ну да. Люди получают ту власть, которой достойны. И тех богов, на которых хватило ума.
Пока мы говорили, все наши «безлошадные» найманы вошли в пещеру, а Мавик отлип от меня и бродил у входа, нюхая камни и вздыбливая шерсть.
Он уже бывал здесь щенком. Наверное, его мучили воспоминания.
А что если послать Мавика за всадниками и охотниками Сурлана?
Волк не ложится и делает вид, что темнота не пугает его. А вдруг он не совсем утратил ночное зрение? Бурка же говорил, что многое зависит от возраста, когда волчонка забрали от матери?
Я посмотрел в сторону врагов и нахмурился — факелов стало больше, и я различил фигуру терия Вердена — по сияющему амулету.
Колдуны явно стояли рядом с правителем, но их чёрные одежды терялись во тьме, а Верден светился, как маячок.
Доносились и звуки — терий Верден переговаривался с колдунами. О чём — было неслышно, но явно не медаль мне на шею вешать собрался.
Подойти бы в темноте поближе и три башки сразу отрезать. И дело с концом.
А в пятьдесят мечей наши и без меня потом отобьются от молний.
Главное, чтобы все они взяли оружие. Тут не обязательно быть фехтовальщиком, шарик молнии можно принять на лезвие и без подготовки.
— Чего ждёт терий Верден? — спросил я Нишая.
— Пока воины выйдут с волчатами, — пояснил колдун. — Попробовав молока, звери начинают расти прямо на глазах, тут уже мешками не обойдёшься. Он увидит, что никаких волчат у нас нет, и… Видишь, воины уже построились? Шудур чует, что дело нечисто.
— Плохо, — сказал я.
— Ну, не совсем. Гора всё-таки открылась, — не согласился Нишай. — И если она даст нам пару дюжин драконьих мечей… Плохо только, что слишком темно. Волки легли, и если Шудур поднимет в небо драконов, биться они не смогут. Один твой Мавик дурит и изображает, что не боится мать Темноты.
— Эй ты, «сиятельный» Нишай⁈ — заорал Шудур. — Скоро ты там? Пусть твои воины выйдут с волчатами и примут присягу!
— Скоро! — крикнул Нишай. — Сейчас гора их отпустит сама! Я ей не волен приказывать!
— Мавик! — позвал я и обнял подбежавшего волка. — Иди к Сурлану! К волкам! Веди всех сюда! К горе!
Волк посмотрел на меня укоризненно — возле горы было все-таки намного светлее.
— Я знаю, что там темно. Не бойся. Тьма — не ест волчат. Беги по запаху! Пусть наши идут сюда. Пусть войдут в гору и возьмут там оружие. Нам нужны все воины! Сурлан, охотники, волчьи всадники! Ты понимаешь?
Мавик прижал уши, вывернулся из моих рук. Прыжок: и он растаял во тьме.
— Умница, — прошептал Нишай. — Он понял. Но терий Верден увидит, что все наши силы подходят к горе. Здесь больше света, и видят они нас лучше, чем мы их.
— Значит, наместника нужно отвлечь!
Я посмотрел на найманского колдуна — сильна ли печать, наложенная Нишаем?
Спросил:
— Готов ли ты служить мне, колдун?
— Да, господин! — ответил он с готовностью.
— Оставайся здесь! Направляй всех наших в пещеру, они должны получить там драконьи мечи! Ничего, если они не умеют ими сражаться. Отбить молнию — с этим и ты справишься! Скажи Сурлану — я приказал всем взять в горе драконьи мечи и быть наготове!
— И я могу взять меч, господин? — прошептал колдун.
Голос его дрогнул.
— И ты!
Колдун поклонился, прижав к груди обе ладони. Похоже, я угадал его тайное желание.
— А мы с тобой — пойдём поболтаем с Шудуром? — спросил меня догадливый Нишай. — Оттянем внимание на себя? А если нас схватят?
— Вот и проверим, что ты за мечник, — улыбнулся я. — Там делов-то — два колдуна да наместник! Всего три пустых головы!
Нишай расплылся в улыбке, и мы быстро пошли навстречу темнеющей массе врагов.
Уже через пару десятков шагов я различил возле терия Вердена тёмные фигуры Шудура и Маргона. А рядом… туши всех трёх драконов!
Зверей вывели перед строем воинов! Так вот что там было за шевеление!
— Драконы! — Нишай тоже увидел огромных зверей и замедлил шаг. — Кай, это боевые драконы, — предупредил он. — Будь осторожен — они приучены рвать человека! Шудур решил не искать оправданий для моей смерти! Воины готовы напасть, чтобы уничтожить нас всех!
— Ночью?
— Это самое подходящее время. Драконы видят во тьме, а их естественные враги — волки — сейчас беспомощны. Наши всадники не сумеют помочь нам. А для пеших — драконы…
— Тс-с, — предупредил я.
Мы подошли уже слишком близко, и нас заметили.
— О! — воскликнул Шудур, разглядев, кто идёт. — «Сиятельный» Нишай струсил и решил сдаться сам!
Руки Нишая дёрнулись за оружием. Я схватил его за локоть и прошипел в ухо:
— Терпи! Тянем время. Нам сейчас каждая секунда важна. Всадники тоже должны получить мечи, помни об этом.
— Да! — крикнул Нишай. — Я струсил и пришёл сдаваться! Я отказываюсь от титула, наместник! Подари мне жизнь?
Выкрикнув всё это, он тихонько сплюнул себе под ноги.
