Когда во вторник дети из старшего класса пошли в иллюзион, младшие очень обиделись и жаловались, что это несправедливо, что их класс притесняют, и вообще «непорядок». Никто не спросил, почему так случилось, все только обижались, что несправедливо. Одна Регинка Мор задала очень умный вопрос:
«30 декабря 1913 г. Почему я не пошла в иллюзион? Я очень хочу это знать. Регина Мор».
Итак, отвечаем Регинке Мор.
Есть работа, которую могут выполнять старшие дети и которую нельзя поручить младшим. Старшие дети могут носить уголь, ведра с водой, могут носить бельевую корзинку, натирать полы. А маленькие всего этого делать не могут. Если бы кто-нибудь велел маленькому ребенку так тяжело работать, это было бы несправедливо и «непорядок».
Взрослые одеваются иначе, чем дети. Как выглядела бы Регинка Мор, одень мы ее в длинное, до пола, платье? Все бы над ней смеялись. Есть книжки, которые читают маленькие дети, есть другие – для детей постарше, а еще есть те, которые читают только взрослые. Взрослый, прочитав, скажет: «Ах, какая прекрасная книга!» А если эту книгу дать ребенку, он наверняка воскликнет: «Да ну, плохая – картинок нет!» Есть игры и развлечения для взрослых, а есть – для детей. Во вторник в иллюзионе был фильм для взрослых. Разве можно было взять туда маленьких детей? Пошли старшие. Но что оказалось? Оказалось, что и для старших детей фильм слишком сложный. Маленькие вообще не захотели бы смотреть, заскучали бы. Разве это хорошая идея – вести детей так далеко, если мы сразу знали, что для них фильм не будет интересным и они станут скучать?
Пускай теперь Регинка Мор скажет, хорошо ли, что дети из младшего класса не пошли во вторник в иллюзион.
Мы ждали, когда это случится. И вот – произошло.
Дети приносят родным подарки из Дома сирот.
Что это за подарки? Может, иголка, карандаш или кусочек мыла?
Нет! Совсем другие вещи.
Одна девочка рассказала братику сказку, которую слышала у нас, другой ребенок спел песенку, которую выучил здесь, третий сам убрал комнату и вымыл тарелки, потому что в Доме сирот научился хорошо это делать, четвертый пересказал то, что прочитал в газете.
Эти сказочка, песенка, порядок, которые дети несут своим родным, – прекрасные подарки.
Позже, когда мы будем уметь больше, подарки из Дома сирот родным будут еще прекраснее.
Мы послали родным Нати такое письмо:
Таких писем нам бы хотелось писать много, все больше и больше.
Мы хотим, чтобы дети помнили о своих родителях. Хотим, чтобы бабушки, тети и мамочки – если у кого-то из вас есть мама – также о вас помнили.
Пускай они радуются, что их ребенок или внучек хорошо учится и хорошо себя ведет. Пускай знают, если он сделает что-то дурное. Пускай не говорят: «Мы о них ничего не знаем, потому что они теперь больше не наши».
У нас состоялся спектакль. Девочки из пансиона пани К.[102] сыграли для наших детей комедию.
Не мы их благодарим.
Их отблагодарили единодушный смех наших детей, их радость, их веселые взгляды, их громкие аплодисменты.
Первым знакомством с пансионом пани К. мы обязаны тем четырем девочкам, которые летом так живо, горячо и добросовестно помогали нам в работе. Теперь мы познакомились с другими девочками и с пансионом нас связывает этот приятный вечер – связывает приятными воспоминаниями и сердечной благодарностью.
Знайте, что минуты веселья пережили не только мы, не только эти триста детей, которые побывали на спектакле. Дети навещают своих родных и рассказывают им о том, чтó видели и слышали. Рассказывают во дворе. Рассказывают в школе и в других приютах – и в мастерских тоже, повсюду. Если собрать всех, кто радовался, когда смотрел комедию, и будет радоваться, слушая рассказы о ней, – получатся тысячи людей.
Подарить человеку хотя бы несколько минут счастья – это очень много.
Когда мы снова увидимся?
Они сами догадались, что понадобится их помощь, чтобы устроить представление. И пришли.
Когда расставляли скамейки, передвигали столы, убирали комнату отдыха, мы видели Иду, Исаака, Сару и Эстерку – всех тех, кто уже покинул наш Дом. Мы их не просили – то ли забыли, то ли не успели. Они сами догадались и по собственной воле протянули нам руку помощи. Иначе и быть не могло.
Покидая наш Дом, переселяясь в город, они остаются нашими, остаются с нами, просто место в своем доме уступают тем, кто младше и беспомощнее их.
Уже ничего не беря от нас, они хотят что-то отдать своим младшим братьям и сестрам и на вопрос: «Где вы?» готовы ответить: «Мы здесь, чтобы вместе с вами веселиться, чтобы когда надо – трудиться, а если так случится – то и печалиться».
Все ближе тот день, когда мы сможем сказать: «Каждый месяц у нас устраивается что-нибудь интересное».
