Как мыслит человек полностью

Болезнь и боль, как и грех и печаль, укоренились слишком глубоко, чтобы от них можно было избавиться паллиативными мерами. Наши недуги имеют этическую причину, глубоко укоренившуюся в сознании. Из этого я не делаю вывод, что физические условия не играют никакой роли в болезни – они важны как инструменты, как факторы в цепи причинно-следственных связей. Микроб, переносивший черную смерть, был инструментом нечистоты, а нечистота – это, прежде всего, нравственное расстройство. Материя – это видимый разум, и тот телесный конфликт, который мы называем болезнью, имеет причинное родство с тем душевным конфликтом, который ассоциируется с грехом. В своем нынешнем человеческом (сосредоточенном на себе) состоянии разум человека постоянно подвергается жестоким конфликтам желаний, а его тело атакуют болезнетворные элементы. Он находится в состоянии душевной дисгармонии и телесного дискомфорта. Животные в диком и первобытном состоянии свободны от болезней, потому что они свободны от дисгармонии. Они находятся в гармонии с ок– ружающей средой, не несут моральной ответственности и не сознают греха, свободны от бурных волнений, связанных с угрызениями совести, горем, разочарованием и т. д., которые так разрушительны для гармонии и счастья человека; поэтому их тела не подвержены страданиям. Когда сознание человека возвышается до божественного или космического состояния, он оставляет все эти внутренние конфликты позади, внизу, преодолевает грех и всякое чувство грешности, избавляется от печали и угрызений совести. Восстановив таким образом душевную гармонию, он возвращается к телесной гармонии, к целостности, здоровью.

Тело – это материальное воплощение ума, и в нем видны черты скрытых от глаз мыслей. Внешнее подчиняется внутреннему, и просвещенный ученый будущего, возможно, сможет проследить каждое телесное расстройство до его этической причины в психике.

Умственная гармония, или нравственная цельность, обеспечивает телесное здоровье. Я говорю «обеспечивает», потому что она не порождает его волшебным образом, – ведь человек не может стать цельным и свободным, проглотив сразу целую бутылку лекарства, – но если разум становится более уравновешенным и спокойным, если прибавляется нравственный рост, то у человека закладывается надежный фундамент телесной целостности, силы не растрачиваются впустую, их приложение регулируется и получает лучшее направление. Даже если не будет достигнуто совершенное здоровье, все равно окрепший и возвышенный разум не будет сильно подвержен разрушительному воздействию телесного расстройства.

Не стоит рассчитывать, что человек, испытывающий телесные страдания, сразу же излечится, когда начнет формировать свой ум на нравственных и гармоничных принципах; более того, на какое-то время, пока тело доходит до кризиса и сбрасывает последствия прежнего негармонического бытия, болезненное состояние может усилиться. Человек, вступая на путь праведности, не обретает сразу же совершенный мир, а должен (за редкими исключениями) пройти через болезненный период адаптации; точно так же он (за столь же редкими исключениями) не обретает сразу же совершенное здоровье. Как для телесной, так и для душевной перестройки требуется время, и даже если здоровье не будет обретено, оно станет доступнее.

Если разум окрепнет, телесное состояние займет второстепенное и подчиненное место и перестанет иметь то первостепенное значение, которое многие придают ему. Если расстройство не излечивается, разум может возвыситься над ним и отказаться ему покориться. Несмотря на телесную немощь, можно быть счастливым, сильным и полезным. Часто встречающееся у специалистов по здоровью утверждение о том, что полезная и счастливая жизнь невозможна без телесного здоровья, опровергается тем, что многие люди, совершившие величайшие дела, – люди гениальные и талантливые во всех областях, – были больны телесно, и сегодня есть множество живых свидетелей этого факта. Иногда телесный недуг действует как стимул для умственной деятельности и скорее помогает, чем мешает ей. Ставить полезную и счастливую жизнь в зависимость от здоровья – значит ставить материю выше разума, подчинять дух телу.

Люди крепкого ума не задумываются о телесном состоянии, если оно в чем-то не в порядке, – они игнорируют его и продолжают работать, жить, как будто его нет. Такое игнорирование тела не только сохраняет разум здравым и сильным, но и является лучшим ресурсом для лечения тела. Если мы не можем обладать абсолютно здоровым телом, мы все же можем иметь здоровый разум, а здоровый разум – это лучший путь к здоровому телу.

Болезненность ума более прискорбна, чем расстроенное тело, поскольку ведет к болезненности тела. Умственный инвалид находится в гораздо более плачевном состоянии, чем телесный. Есть инвалиды (каждый врач знает таких), которым достаточно поднять в себе сильное, бескорыстное, счастливое состояние духа, чтобы обнаружить, что их тело вполне дееспособно.