Когда тот послушно выполнил его указание, Валера потянул рычаг. Машина начала двигаться строго вверх, и через некоторое время достигла ускорения в четыре "же". Ощущение невесомости пропало, вновь появилась тяжесть. Валера отметил про себя, что при движении с ускорением в вертикальной плоскости перегрузки переносятся значительно легче, чем при движении по горизонтали, хотя и в этом случае четырёхкратное увеличение веса удовольствия не доставляют. Обоих космонавтов вдавило в кресла с такой силой, что ни рукой, ни ногой нельзя было пошевелить. Игорь молча, глядя на электронные часы, ждал, когда это закончится. По прошествии двадцати минут Валера начал понимать, что лететь в таком режиме целые сутки им просто не под силу.
— Игорь, как самочувствие? — спросил он.
— Сложно сказать, — ответил Игорь, проанализировав свои ощущения. Сказать, что тебя придавило парочкой холодильников, значит, ничего не сказать. — Долго ещё?
Валера не ответил, он начал делать на компьютере расчёт полёта с меньшим ускорением. По его вычислениям получалось, что для полёта с ускорением в один "же" потребуется четверо суток, в оба конца. Выигрыш по комфортности, зато значительная потеря во времени, особенно, если есть определённые договорённости на этот счёт на Земле. Но делать нечего, это тебе не полёт к Луне, когда можно и потерпеть несколько минут, нужно уменьшать ускорение. Он с сожалением поглядел на часы, затем выключил двигатели. Вот и первое разочарование за этот полёт, будут ли ещё? Зато сразу стало легко и хорошо, можно отдохнуть не много.
— Я думал, меня раздавит, — вяло улыбнулся Игорь. Он считал, что инспектору всё было нипочём. — Мы уже прилетели?
— Нет ещё. Придётся увеличить наш полёт до четырёх суток.
"Вот здорово!" — чуть не воскликнул Игорь, а вслух вежливо поинтересовался: Почему?
— Почему? — Валера растерялся. — Наша цель оказалась значительно дальше, чем я предполагал. Ты никуда не торопишься?
— Нет. А куда мы летим? На Марс?
— Не совсем. Нам нужно отыскать один астероид и взять пробы грунта, для исследований. Понятно?
— Да. А как мы его найдём?
— Очень просто. Сейчас прибавим "газку"… Ты отдохнул?
— Ага, — Игорь неуверенно кивнул, похолодев от ужаса.
— Тогда держись.
Валера плавно тронул рычаг и сразу же не видимая сила начала вдавливать людей в кресла, но на этот раз ускорение было равное земному. Игорь в страхе ждал, что перегрузки возрастут до прежнего уровня, а когда этого не произошло, поглядел вопросительно на инспектора. Тот настороженно смотрел на него.
— Ну как ты? — осторожно поинтересовался Валера.
— Живой пока.
Валера усмехнулся.
— Пойдём с такой скоростью. Выдержишь двое суток?
— Да, вполне.
— Ну и прекрасно, — Валера повеселел.
Он проверил показания приборов, затем отстегнул ремни, прошёл к телескопу проверить курс. Идти было легко, тяжесть была такая же, как на Земле. Игорь так же расстегнул ремни, опасливо поднялся на ноги, проверяя своё состояние. Когда он убедился, что организм вполне успешно справляется с этим ускорением, Валера уже к тому моменту хлопотал возле микроволновки.
— Иди есть, — позвал он Игоря.
Игорь прошёл в корму, сел на складной стульчик возле служившей столом выдвижной панели. Валера поставил перед ним жестяную банку, с иностранной надписью, с поднимающимся паром от содержимого. Вручил ложку. У каждого был свой персональный пакет с нарезанным хлебом. Перед едой Валера строго предупредил, чтобы не было ни каких крошек.
— Что это? — спросил Игорь, разглядывая недоверчиво содержимое банки.
— "Завтрак туриста", — сообщил Валера, улыбаясь. — Ешь, не разглядывай. Из Англии привезли. А на десерт, кофе в банках. Смотри, этим вот стержнем проткнёшь мембрану, и кофе станет горячим. Здорово? Для альпинистов делают. Лопай, давай.
Когда они закончили с ужином, было уже около часа ночи по Москве.
— Давай, Игорь, условимся, — сказал Валера. — Ты сейчас ляжешь спать, а я буду дежурить. Позже я тебя разбужу, и мы поменяемся. Хорошо?
Игорь согласно кивнул, после ужина он почувствовал такую усталость, что едва не засыпал на ходу. Валера достал из стенного ящик спальный мешок и расстелил его на полу. Затем, открыв не большую дверцу другого шкафа, сказал:
— Здесь у нас туалет.
Забраться в кабинку можно было лишь согнувшись в три погибели.
— Не забывай, что мы в космосе, — напомнил Валера, затем, выключив в салоне основной свет, оставил лишь дежурный.
Пока Игорь устраивался на ночлег, Валера прошёл к кабине управления, расправил шторы, отгородив её от салона, и сев в кресло, погасил свет. Фигура Валеры погрузилась в полумрак, но было в этот что-то невероятно уютное. Мягко светилась приборная панель, а во всех четырёх иллюминаторах величественно сверкали миллиарды звёзд.