Как приручить тигра полностью

Небесный бог был раздражен. Какая упрямая женщина. Но он понял, что в некоторой степени был сам виноват в сложившейся ситуации. Он случайно наградил ее этим даром. Тогда он сказал: «Ладно. Есть иной способ. Я заберу волшебный дар у твоей дочери, если ты окажешь мне услугу».

– Если тебе хочется знать, я старею. То есть я, конечно, по-прежнему умен, полон сил, красив… Но наступит день, когда кто-то должен будет меня заменить.

Живи здесь как звездная принцесса в моем небесном замке и изучай мою магию. Взамен я исполню твое желание.

Девушка-тигр согласилась, и небесный бог – о, какая щедрость – позволил ей провести последний день со своей дочерью.

Девушке-тигру было грустно расставаться с девочкой, но она знала, что ее дитя будет в безопасности. Ее дочери не придется чувствовать себя одинокой и оторванной от людей из-за тайны, которую она хранит.

Перед тем как уйти, девушка-тигр крепко обняла на прощание свою дочь и заплакала, и она плакала и плакала, и когда из ее глаз упала последняя слеза, то она превратилась в жемчужину – последнее «прощай», оберег, который она дала дочери, чтобы та носила его прямо у сердца.

– Прощай, – прошептала она, – и береги себя.

Потом ей пришлось уйти. Небесный бог спустил канат (или лестницу – рассказывают по-разному), и она полезла вверх, в свой замок.

Жизнь в небесном королевстве стоит дорого, поэтому девушка-тигр нашла себе работу: ночь была очень темна, и кто-то должен был ее осветить.

Когда история закончилась, ночь показалась мне чуточку ярче, как будто в небе появилась еще одна звезда. Но я могла это придумать.

Тигрица облизывается, проглатывая остатки звездной пыли. Ее глаза закрыты, она получает удовольствие.

Я не могу до конца объяснить, что именно сейчас чувствую, но это чувство где-то там, у меня в груди. Я знаю, что такое хранить секрет про тигра, когда не можешь ничего рассказать своей семье, потому что это ужаснет их. И у меня такое чувство, словно эта история выводит на свет какую-то часть меня, которую я считала скрытой.

Я не знаю, как к этому отношусь, но зато знаю, как отношусь к кое-чему другому: мне ненавистна мысль, что девушка-тигр оставила своего ребенка.

– Что, если ребенок нуждался в ней? Она могла бы придумать другой способ. Не обязательно было уходить.

– Ты злишься, – мягко говорит большая кошка.

– Нет… я не… – я чувствую себя глупо, ведь это всего лишь сказка. Я знаю, что не должна так реагировать, и не понимаю, почему так происходит. Возможно, именно это имела в виду бабушка, когда говорила про плохие истории.

– Выходить из себя, – говорит она, – это нормально.

– Почему бабушка хотела спрятать эту историю? – Мои пальцы нащупывают кулон на шее, и я крепко сжимаю его. – Эта жемчужина… это было о ней? Это была ее история?

– Малышка, это давняя история. Неважно, кому она принадлежала раньше. Теперь она принадлежит небу, чтобы все ее видели.

Ее голос звучит как-то печально и потерянно, как будто для нее в этой истории есть нечто большее. Я пытаюсь разглядеть это в ее глазах, но, когда она наклоняет голову, глаза прячутся в тени. В темноте они непостижимы, как беззвездное небо.

Я верчу кулон между пальцев, чувствуя, что что-то упускаю.

– Ну так что теперь? Бабушке станет лучше?

– Со временем, – говорит она, – но не сейчас. Мы только начали, и правда влечет за собой последствия.

Я запинаюсь.

– Я думала… Ты сказала, что это ей поможет!

– Правда всегда болезненна, особенно когда ее так долго скрывали. Обязательно возникнут неожиданные сложности. – Она пожимает плечами, стараясь выглядеть непринужденно, но ее мышцы напрягаются, перекатываясь под мехом. – Как бы там ни было, приноси следующую банку со звездой завтра в два часа ночи, и я расскажу тебе еще одну историю. О, и захвати с собой рисовые лепешки. Это меньшее, что ты можешь сделать, раз уж мы должны встречаться в этом душном подвале.

– Постой, – говорю я, – какие последствия? А если они мне не понравятся? Если я передумаю? – Сейчас я вижу, что согласилась на что-то, чего не понимаю.