– Джексон Найт, вы выступаете первым, – объявил мистер Хартфилд.
Джексон оглянулся на Эмму и, одними губами сказав «Я сделал это!», начал свою речь:
– Я знаю, что вам скажут мои оппоненты: дети не понимают, что для них лучше. Да и откуда нам знать? У нас нет того жизненного опыта, который есть у взрослых. Наш мозг ещё не развился настолько, чтобы мы могли принимать жизненно важные решения. Подростки могут быть импульсивными, бесчувственными и даже эгоистичными – и всё это приведёт к хаосу в управлении школой. Так почему же, спросите вы, нужно учитывать наше мнение? – Он сделал паузу, как научила его Эмма, чтобы аудитория осмыслила, что он хочет сказать.
Обри посмотрела на свои заметки и, нахмурившись, что-то прошептала на ухо Тайлеру. Тот тоже нахмурился.
«Отлично!» – подумала Эмма. Джексон перехватывает у неё все аргументы, которые они хотели представить, и обращает их в свою пользу!
Джексон тем временем продолжил:
– Мнение учащихся нужно учитывать, потому что нам нужна цель в жизни, причина, по которой мы каждый день будем входить в школьные двери с энтузиазмом и гордостью. Предоставьте школьникам право голоса – и мы поймём, что к нам относятся с уважением, нас слышат. Отношение к учёбе улучшится, и у нас появится стимул к отличным результатам.
Мистер Картер показал ему со своего места в зале большие пальцы, и Джексон уверенным голосом закончил:
– Спасибо. Я знаю, что все мы хотим, чтобы дети были успешными в школе и в жизни.
К трибуне подошла Обри.
– Хорошая попытка, – шепнула она Джексону, беря в руки микрофон. – Я хочу поблагодарить моего оппонента за красочное изложение моих аргументов, – объявила она. – Он заметно облегчил мне этим задачу. Да, всё, что он только что сказал, – правда, за исключением одного пункта: того, где он утверждает, что учитывать мнение школьников – отличная идея. На самом деле это ужасная идея. Дайте ребёнку устанавливать школьные правила – и конечно, он будет им следовать охотнее. Но что это будут за правила? Мобильные телефоны за обедом? Никаких домашних заданий? «Весёлые» уроки вместо уроков, тренирующих мозг и готовящих нас к старшей школе и колледжу? Это разрушит всю систему образования, а результатом станут дети, выросшие в избалованных, безответственных, необразованных взрослых.
Джексон и Эмма переглянулись. Обри каким-то образом удалось бросить тень на их аргументацию. Аудитория кивала в ответ на её слова.
– Это нехорошо, – прошептала Эмма.
– Ты же из нас двоих оптимистка, – пожал плечами Джексон.
– Да, – согласилась она, – но я не думала, что Обри
– Именно настолько. Помню, как она убедила директора начать сортировать мусор в столовой. Она была невероятно настойчива.
Глаза Эммы вспыхнули:
– Что она сделала?
– Ну, сортировка мусора, – попытался объяснить Джексон. – Одна урна для бумаги, вторая для пластика…
– Мисс Вудз, вы готовы? – спросил мистер Хартфилд.
– Да. Я готова, – ответила Эмма, занимая место на трибуне. Она подождала, пока жюри начнёт отсчёт времени, и повернулась к Обри.
– Поздравляю, – сказала она, хитро улыбаясь. – Я аплодирую тебе. – И девочка принялась хлопать, глядя на сбитую с толку Обри. – Видите ли, мой оппонент – это замечательный пример того, почему надо принимать во внимание мнение учащихся при управлении школой. Если бы не она, воздух и вода в Нью-Йорке были загрязнены ещё больше, а количество мусора на свалках увеличилось. Но она изо всех сил боролась за введение сортировки мусора в школьной столовой. Так что – ура Обри! Ты молодец!
У Обри от удивления буквально открылся рот. Эмма использовала её собственные достижения, чтобы порвать в клочки её же аргументы! И Эмма не собиралась останавливаться.
– Итак, администрация частной школы Коламбус не считала, что сортировка мусора – это хорошая идея, но ведь они лучше знают, правда? – спросила Эмма у аудитории. – Но Обри так не думала. Как президент ученического совета она боролась за то, чтобы убедить директора школы в важности сортировки мусора. И она добилась своего, оказав заметное влияние не только на политику школы, но и на всю окружающую среду. – Эмма махнула рукой в сторону одного из членов жюри, который держал в руках бумажный стаканчик с кофе. – Вот вы! – обратилась она к нему. – Как вы думаете, нужно переработать этот стаканчик?
– Ну конечно, переработка отходов очень важна, – ответил член жюри, слегка смутившись от всеобщего внимания.
