Вег раскрыл рот, глубоко вдохнул, будто готовясь к долгой речи, но так ничего и не ответил. Казимира обогнула кровать, чтобы подобрать вторую сумку, чтобы захлопнуть окно, чтобы оказаться как можно дальше от Вегарда.
— Я несколько дюжин дней думал, как это объяснить, — прозвучало вялое и неубедительное. — Что сказать, чтобы ты не… чтобы ты поверила и поняла меня. Не знаю, надеялся, что не придётся. Что ты никогда не узнаешь. — Он скрестил руки, опустил голову. Ни сомнения в голосе, ни раскаяния.
— Ты обещал ничего не скрывать, — глухо напомнила Каз.
— Обещал.
Казимира так и остановилась у окна, перевела дыхание, понимая, что слова ничего не исправят, но нужно поставить точку, оторвать этот кусок собственной плоти.
— У нас, — она сглотнула, — нет другого выхода. У нас нет никакого будущего.
Пару секунд казалось, что он ничего не ответит, отойдёт в сторону, не мешая и не ухудшая всё ещё больше.
— Есть, — едва слышно выдохнул Вег.
— Несколько дней назад я просила тебя об этом, но ты отказался.
Затхлый воздух вдруг стал пахнуть особенно мерзко, затошнило от вида стен, выкрашенных в грязно-голубой цвет. Не комната, а захлопнувшийся капкан.
— Несколько дней назад всё было по-другому. — Вег мотнул головой. Несколько дней прошло со смерти Ясмины, не несколько месяцев, пропитанных ядовитым ожиданием и бесконечным враньем.
— И?.. — Каз подавилась воздухом. — У тебя был шанс всё рассказать, а теперь я нихрена тебе не верю.
В досадливом жесте Вегард приподнял руки, но осёкся, сжимая кулаки, и прикрыл глаза. Несколько слов, верных, точных слов ещё могли что-то исправить. Она так хотела поверить и спросила, позволяя солгать:
— Ты имеешь отношение к тому, что в Фахуруне ваши планы раскрылись? Ты пытался так помешать Ариану?
Желваки на его скулах напряглись, взгляд стал тяжелее.
— Нет. К этому я не причастен. А тебе ничего не говорил, потому что знал, что потеряю тебя. Я сделал выбор. Снова. Меньшее из зол.
Идиотская параллель вызвала у Каз злой смешок.
— Не сбегай, прошу тебя. — Громкий шёпот Вега заглушил звуки снаружи. — Клаудия… Всё это… Так жить я не хочу. Дакин был прав, ты была права, и мне нужно было это время, чтобы понять. С Арианом каждый день будет борьбой, а я заебался драться.
— Со мной каждый день будет бегством.
— Сбежать проще, чем победить, — принимая своё поражение, признал Вегард. — Не прогоняй меня. Давай уйдём вместе.
Слишком долго Казимира смотрела на его подрагивающую от усталости руку. Почувствовала шероховатость и тепло кожи, вспомнила его заботу, его помощь.
— Уверен? Я не хочу, чтобы однажды, ты решил, что сделал неправильный выбор и чувство вины сожрало тебя изнутри.
Это она должна была сказать, но Казимира промолчала, только подошла ближе, запустила руки под красную кожаную куртку, притягивая Вега к себе, вдыхая его запах, чувствуя себя под нерушимой защитой.
— Я больше никогда не подведу тебя, Каз.
[1]
40
Рейтары вернулись с минимальными потерями. Оро — небольшой городок, далеко от линии берега, там не было высоких стен и достойной защиты, а восставшие перебросили людей к порту Корк. Как знал Вегард, этих до сих пор осаждали с моря.
Ариан был против, но Вег рассказал Габие причины, по которым на самом деле поднялось восстание. Никакого больше вранья. При этом разговоре присутствовали только остатки свиты Валлета, и Вег заметил, как Казимира удивлённо вздёрнула брови, стоило Габии признать, что план был неплох.
— Только впредь лучше следите за своими людьми, — посоветовала Габия и указала на закрытую дверь кабинета главы Храма. Ариан выбрал эту комнату для советов. — Чтобы вовремя поймать болтуна.
— Мы так и не выяснили, кто предатель, — ответил Вегард.
С того вечера, когда погибла Клаудия, Вег и Ариан толком не разговаривали, только при солдатах, когда нужно было что-то решить или отдать приказ. Казимира вообще старалась не оставаться с Аном в одной комнате надолго. От этого Вегарду было только спокойнее — меньше травм.
