Доспехи Светлых на солнце всегда сияли, ослепляя врагов, хоть и не были начищенными до блеска латами (в редких случаях исключений), а вот у Тёмных всё было с точностью до наоборот. Они притягивали к себе тени, точно укрывались ими, как вторым коконом, плащом. Сейчас, во тьме, их вовсе не было видно, но их жажда чувствовалась даже в горах. Валенсио даже испугался, что ничего у них не получится, и сотня хороших воинов и тактиков просто погибнет зазря. Однако, полыхнуло подожжённое масло, до них донеслись отголоски болезненных воплей, в этом диком свете полетели крупные осколки камней, сминая в долине попавшихся на пути Тёмных. Следом, подожённые, засвистели, сверкая, стрелы, и их было столь много, что регент не верил, будто бы верных им людей осталось так мало, как было сказано Лаирендилом. Вдалеке раздался разрозненный вой ликантропов, их раскатистое, булькающее рычание. Армия Императора ринулась вперёд, и с их стороны полетели глыбы камней, силясь пробить стены, ограждённые магами. С замиранием сердца Валенсио смотрел на полыхающие рвы, заполненные догорающими телами, на падающих вниз гарпий, на разбивающихся о блоки вампиров. В какое-то мгновение он подумал: “Зачем же нам уходить, если всё идёт так хорошо? Ведь мы же можем победить, если приложим все силы!” Ответ явился сразу после этого. Когда один из магов Светлых сотворил шар огня, и тот полетел в осаждающих, эльф лишь чудом сдержал крик - он никогда не видел армию таких размеров и был даже рад тому. Впрочем, если учитывать долгое перемирие, становилось понятно, откуда ей взяться, ведь Тёмные могли размножаться удивительно быстро. И дело было не только в физиологических их особенностях, но и в том, что стать их представителем было удивительно просто, как по собственному желанию, так и против него. Долина кишела ими, точно навозная куча личинками, они копошились и передвигались, вызывая не страх, но отвращение.
- Когда они будут отступать? - тихо прошептал Валенсио, не сводя с города и замка взгляда, невольно вцепляясь в руку рыцаря.
- Как только начнут заканчиваться припасы, - спокойно пожал плечами рыжий эльф. - Скоро. Пожалуй, пара тысяч Тёмных сегодня погибнет, но этого чертовски мало. Мы должны начать действовать сразу, как найдем себе укрытие и обустроим его.
- Ты веришь, что получится? - после некоторого молчания наконец поинтересовался Валенсио.
- Я верю Королю. А он пообещал убить всех Тёмных, если его мужа не освободят из плена.
Стрелы стали сыпаться реже, блоки, обнимавшие Беатор, истончались, масло почти перестало полыхать, и Тёмные осмелели, стали нападать яростней, а потому регент то и дело оглядывался на выход из подземелий, ожидая, когда Светлые наконец оставят полыхающий и сдающий позицию за позицией город. Загорелись дома, стены рушились и обваливались, как карточные, постепенно имперцы заполняли город. Эльфы и оборотни, маги и алхимики, двое Советников и осадные мастера потянулись тонкой вереницей в горы, но общее число сильно сократилось. Многие были тяжело ранены, однако упорно шли, не желая оборачиваться на завоёванный Беатор. Когда вышел последний, Лаирендил принялся заделывать выход, повелел Валенсио идти вперёд по тропе и подгонять остальных - он собирался раз и навсегда закрыть выход, а это могло вызвать лавину.
Император наблюдал за всем с небольшого пригорка, поглаживая по холке одного из ликантропов, что улёгся у его ног, точно домашний пёс. Следов Совета Тёмные не обнаружили, а это означало, что те скрылись. И в тот миг, когда один из дроу протрубил в рог где-то на башне замка, горы содрогнулись, и волна льда, камней и снега покатилась вниз. Прощальный подарок регента и Лаирендила удался на славу.
Месяц спустя в новоотстроенном городе близ Беатора царило настоящее оживление. Маги Тёмных и их бесчисленные теперь рабы расстарались на славу, подготавливая мрачную столицу к приезду Императора, а оттого здесь было почти роскошно. Подавленные, забитые остатки Светлых, пожелавшие сдаться Джинджеру, напоминали блеклые тени, но послушно сносили все невзгоды, ведь иного выбора не видели - для них Совет и все защитники Беатора погибли при осади и сошедшей лавине. Откуда им было знать, что они уже готовились нападать вновь, просчитывали все возможные ходы для того, чтобы истощить Императора и заставить его действовать опрометчиво, просчитаться.
