«Любовь – болезнь. Сколько создали шедевров пациенты этой «клиники»! Почему нет ни одного шлягера про онкологию? И столько горькой прозы!»
Ему показалось, что рядом стоит жена.
Он шагнул с террасы в темноту впереди.
Олегу Гусакову
Дорога из С. са в центр пустынна, петляет неторопливо между коттеджами. Плоское пространство уныло заваливается за горизонт, усыпляет.
В салоне тепло, уютно.
День в разгаре.
Водитель вздыхает: полдня уже миновало.
Компрессор автобуса тоже вздыхает.
Два вида автобусов на линии – шведская «Скания» и «Ванхолл», что то же самое, только сделано в Бельгии. Но «Скания», конечно, очень экономичная.
Хотя оба варианта комфортные. Это понятно. Люди делали для людей.
Он выезжает на линию в шесть утра. На газ почти не жмёт, мощей у двигателя хватает, коробка-автомат. Что с пассажирами, что без – тянет хорошо. И не надо жать на педаль, лишь плавно притопил. Даже можно сказать – нежно прикоснись, и этого достаточно. Нога должна чувствовать педаль. Да и весь автобус через это прикосновение – поймёшь, насколько хорошо он сделан. Реагирует как живой организм.
Это всё – опыт. И не важно – автомат или механическая коробка передач. Главное, чтобы автобус не чувствовал, что резко переходишь на другую скорость. Как на пушинку с ладони дунул на него, направил на дорогу. Чтобы не сдёрнуть с нормального хода.
В конце смены наверняка меньше двадцати литров соляры расход будет, стрелка покажет. Порадует. Это – хорошо. За этим пристально следят менеджеры.
Пассажиры покидают салон. Конечная. Центр города.
График не жёсткий, времени хватает спокойно проехать весь маршрут.
Он паркуется. Узкая набережная речки Лиффи слегка под уклон в сторону моста. Тротуар для пешеходов навесной галереей над рекой.
Прилив в море, вода высокая. Мутная. Много мусора. Когда будет отлив, он останется в коричневой жиже у стенок.
Достал из небольшого кейса термос, пьёт крепкий чай, жуёт не спеша бутерброды, утром приготовила жена. Смотрит на реку.
Вспоминает, как на заре перестройки ехал по Можайскому шоссе в сторону Смоленска. Терема красивые, «боярские», из жёлтых брёвен срубы. Братва забором обнесла стоянку – крепость. И заночевать можно, выспаться. Не очень дорого.
Он обычно здесь останавливался. Кафе. Все свои – дальнобойщики. Изредка мелькнёт чья-то морда уголовная, голова «под ноль», и так же втихаря исчезнет.
Принесли большую тарелку рассольника. Кислинка третьей свежести сразу насторожила. Второе тоже подозрительное. Порцайка большая. Даже не доел.
Через сто кэмэ закрутило его по окрестным сугробам! В глазах потемнело. Встал у обочины. Компрессор «умер», замёрз. К двадцати Мороз, Красный нос разгулялся. Хорошо, с собой был спирт «Роял». В коробке шесть бутылок по литру каждая.
Местные мужики, словно из сугробов, повылазили. Возмущались, едва не плакали, глядя, как он тормоза спиртом поливает.
Он улыбнулся: «Легенды навыдумывали: здесь не меньше пьют. С вечера в пабе засядут. А как с утра завалятся в салон автобуса, с таким «выхлопом»! Мама не горюй! Но – в рубашечке, напомаженный. Только наши, как заведутся, и на работу не идут, а здесь – нет! Строго. Большое горе – место потерять, хоть и пособие дают. Вот и двигают на работу, а там спят с открытыми глазами – не люди, обмороки».
Жизнь, такая разная жизнь. В разных концах света.
Дублин шумит. Туристы. Слетелись отовсюду праздные люди.
Чайки орут, шум толпы перекрикивают, парят над рекой, над домами. Большие, наглые.
Люди, чайки – один сплошной базар.
Водитель слегка сутулится от руля. Черты лица правильные, волосы русые, коротко стриженный, глаза карие. Правая бровь заметно рассечена.
За пятьдесят ему, примерно.
Только-только уместился на заднем сиденье – длинный. Шум не мешает. Под этот шум быстро засыпает. Даже всхарапнул негромко.
Привычка – есть время, даже самое короткое, ложись, не отвлекайся, поспи. Как оно там дальше сложится?
Проснулся сразу. Бодрый, готов ехать обратно. Теперь уже до конца смены.
Допил чай. Крепкий, терпкий, но уже немного остывший.
Покурил не спеша около мусорника. Небо серое, того и гляди дождик начнётся.
Причудливыми граффити расписан паб. Чёрный до окон. Выше тёмно-красный. Много пабов закрылось в последнее время. Так они тут реально понимают кризис.
Вздохнул. Снова к рулю.
В путь.
Оставшееся время смены пролетит быстро.
Выехал к остановке. Потом на трассу в обратный путь. Тут уж спокойней, нет такого движения, да и шоссе нормальной ширины. В городе тесновато вертеться большому автобусу на улицах центра.
Посмотрел в зеркала по бокам. Монотонно работает двигатель, укачивает, слегка клонит в сон.
Подумал про любимый футбол:
«Всё-таки хороший тренер это проблема. В основной состав сборной надо брать свежих, молодых, тех, кто на данный момент в отличной форме».
Он болеет за сборную России и английский «Арсенал».
Поправил тёмный галстук на фирменной синей рубашке.
Закурить бы.
Теперь только на кольце возможен перекур. Во время рейса не рекомендуется.
Глянул коротко через зеркало в салон, но всё внимание на дорогу.
Привычка.
