Кампанелла, будем беспристрастны, так далеко не зашел, хотя отменно громил лицемеров в тюремных сонетах, а в 1606 году направил папе из застенка довольно дерзкое письмо, в котором обозначил некоторые моменты желательной церковной реформы: «(Нынешние священники) живут, как и государи, в соответствии с учением о государственной необходимости… (Следует,) чтобы все духовенство, красное или белое, зеленое или черное, ходило в церковь босым, и постилось, и пило простое вино, и ело мужицкий хлеб… Нужно управлять церковным государством так, чтобы все другие народы испытывали зависть и стремились попасть под владычество Церкви. А где теперь различие между подданными Церкви и иных государей? Казни и налоги, тюрьмы, пытки и притеснения подобны во всем»[184]. Но мы несколько отвлеклись от пророчеств, увлекшись обличениями – впрочем, также вполне апокалиптическими. Вполне естественный вопрос: не навлекал ли Кампанелла на свою голову пущей беды, апеллируя к подобному «римоборцу»? Все просто: учение Савонаролы, которого порой именовали «вторым Лютером», было дальновидно оправдано во второй половине 1550-х годов римским папой Павлом IV, весьма жестоким инквизитором, и оттого ссылки на него были ненаказуемы. Полуеретик и обличитель Савонарола вполне пригодился обновлявшейся под ударами Реформации католической Церкви. Его смиренное шествие на страшную смерть стали показывать как пример истинной религиозности (чем им всем, в таком случае, Бруно не угодил?), а во избежание соблазна, чтобы Римскую церковь более не сравнивали с блудницей, предлагающей услуги каждому, кто может заплатить, включая пап, его проповеди начали приглаживать и сокращать, удаляя все «злачные места», периодически поднимается вопрос о его канонизации… Возвращаемся, наконец, к фра Томмазо, который в отличие от Савонаролы костра избежал.
В 1606 году Кампанелла писал кардиналу Оттавио Фарнезе: «Меня обвиняют в том, что я мятежник и еретик, по каковой причине начинается уже восьмой год моего погребения здесь, “куда не доходит слово Его”. Но я хочу сказать, что мое восстание – такое же, как у пророка Амоса, который в седьмой главе сообщает о речи нечестивого пророка Амасии: “Амос восстал против тебя, о царь Иеровоам!”[185] Моя ересь – такая же, как у Сократа, который, будучи гораздо более благочестив, чем прочие, был осужден нечестивыми и предан смерти»[186].
Есть еще одно, чуть более позднее свидетельство, опять же самого Кампанеллы – послание 1611 года, написанное им королю Испании Филиппу III и папе Павлу V, в котором он говорит о себе в третьем лице: «Согласно его утверждениям, [Кампанелла] хотел только проповедовать и установить республику, предвозвещенную в Апокалипсисе, если бы случилось изменение, угрожавшее нам посредством многочисленных небесных знамений и чудес в Калабрии – землетрясений, наводнений, комет и явлений на небе. Естественно, все это он говорил, чтобы избежать смерти под пыткой. Но он утверждал, что все это уже было предвозвещено св. Винцентом [Ферье], Екатериной [Сиенской], Бригиттой [Шведской], Дионисием [Шартрским], Серафимом из Фермо. Также он открывал знамения на солнце, луне и звездах, которые предвозвестил в свою эпоху св. Григорий, как три [события] будущего, теперь уже свершившиеся; и он заставил мир пребывать в состоянии пророческого бдения, ожидаемого всем Святым Писанием и святыми Учителями [Церкви]»[187].
При этом стоит помнить о том, что традиционные христианские исповедания на протяжении веков относятся к хилиазму настороженно, хотя в сочинениях многих древних Отцов можно найти его следы.
И вот Кампанелла пишет в сонете «Тысячелетие»: «Да запретит Бог, чтобы среди этих трагических сильных болей моя мысль склонилась бы к пустой комедии, когда страшные муки и предостерегающие несчастья предвещают этому миру немедленный конец. Приближается день, который расстроит все земные секты, а все элементы смешает в жалкую руину и с радостью отошлет души праведников для отдохновения в небесные сферы. Всевышний прибывает на Святую Землю, чтобы собрать там свой царский двор и священный собор, что предсказано в псалмах и пророками. Он широко разольет богатство своей милости по всей своей державе – месту пребывания избранной паствы, приумножаемой поклонением и свободными милостями»[188].
На допросе фра Престеро покажет, что Кампанелла говорил ему: «Ты должен знать, что в этом году будут великие революции и изменения в государствах, это я доказываю моим знанием пророчеств святой Бригитты и Савонаролы; и эти государства, королевства, станут республиками. Так что намного лучше тем, которые найдут оружие и будут иметь его в достаточном количестве, чтобы защитить себя»[189].
