Было солнечное летнее утро, еще более прекрасное от знания того факта, что ему ничего не будет за часовое опоздание на рабочее место.
Сначала Льюис услышал голос.
– Здесь нельзя курить, – произнес человек, подошедший к его столику.
Льюис должен был разозлиться тому, что кто-то посмел отвлечь его от утреннего кофе и свежей газеты. Но он был в прекрасном настроении и скорее удивился. Тушить сигарету, разумеется, он не стал.
Он поднял голову и посмотрел на парня – пришлось довольно высоко запрокинуть голову, но Льюис не собирался вставать, тем более, что и в таком случае пришлось бы поднимать глаза. Этот смелый – и любящий лезть не в свое дело – человек был не только молод и высок, но и красив, как модель с обложек журналов.
Льюис никогда раньше не видел его – ни на обложках, ни в живую, но этим не был удивлен. Только случайно забредший в это кафе приезжий мог обратиться к нему с таким заявлением.
К сожалению его фраза не являлась флиртом – парень смотрел на него с ожиданием, но того, что Льюис последует указанию на табличке и потушит сигарету, а не затащит его в туалет чертовой забегаловки. Льюис бы более чем «не отказался».
Или одним ударом рассек ему губу и организовал трещину в челюсти, подсек под колени и приложил того всем телом об пол. Но сегодня было слишком тихое и мирное утро для того, чтобы пачкать кафель его любимого места кровью.
– Вы меня слышали? – спросил парень до того, как Льюис принял решение. – Здесь запрещено курить, и здесь дети.
Что, по мнению Льюиса, являлось проблемой самих детей.
– Ты знаешь, кто я? – поинтересовался Льюис, отворачивая лацкан, чтобы блеснуть начищенным значком.
Самый простой и быстрый путь избавиться от надоеды – как ему казалось.
– Это налагает на вас только больше ответственности, – произнес тот спокойно. – Не хотите извиниться перед этими людьми?
Тут Льюис кое-что вспомнил.
– Ты – наш новичок? – поинтересовался он.
– Как это влияет на то, что вы нарушаете правила? – нахмурился тот.
Льюису не нужно было слышать «да», чтобы понять – перед ним Эндрю Лефницки. О котором Арни говорила «с ним могут быть проблемы». Льюис подтверждал ее опасения – будут.
Он знал, что все кафе сейчас смотрит на них, и что к вечеру весь город будет обсуждать то, что произошло утром в этом зале. Но он все же протянул руку и затушил сигарету о табличку.
– Удовлетворен? – сверкнул он зубами.
– Как насчет извинений? – спросил Лефницки.
– Как насчет того, чтобы сначала вытереть мной пол? – оскалился Льюис.
Конечно, слова «прошу меня простить», брошенные в толпу не нанесли бы самолюбию Льюиса урона. Но идея о туалетной стене и прижатому к нему телу становилось все более навязчивой.
Льюис собирался осуществить ее, даже если это будет стоить ему целости половины костей.
– Ты видела новичка? – спросил он у Ким в участке.
– Ага, – кивнула то, не поднимая глаз от желтого журнальчика со статьей о беременности очередной звезды. – Милашка. Правильный мальчик. Кэп его в два счета поломает.
– Он заставил меня потушить сигарету в «У Макса», – признал Льюис, потому что Ким все равно бы узнала об этом часом позже.
– О, – хмыкнула та, поднимая глаза. – Теперь ты не успокоишься, пока не поквитаешься? Придется тебе встать в очередь.
– Я просто хочу увидеть, какими станут его глаза, – бросил Льюис. Ким поморщилась.
Но когда Льюис в следующий раз увидел Эндрю Лефницки, его глаза следили за Арни, словно были стрелками компаса, а она – огромной грудой железа.
Льюис впервые в жизни подумал о том, чтобы отбить у Арни ее добычу – и пусть он за это поплатится перерезанной глоткой – но в этом предприятии изначально не было смысла. Вернувшиеся всегда получают от окружающих то, что они хотят – сознательно или нет – от них получить.
***
– Вы закончили прощаться? – Арни заглянула в конюшню.
Хотя босс старалась выглядеть расслабленной – всего и дел, что навешать лапши на уши кучке дикарей, недалеко ушедших от обезьян, о чем беспокоиться? – Льюис и Ким сразу поняли, что она полностью сосредоточена на предстоящей работе. Иначе она не преминула бы отпустить шуточку на тему отношений бывших рабов и их хозяев.
– Я готова, шеф, – отозвалась Ким.
– Чтобы в этом помоечном поселке все было готово к нашему возвращению, – обратилась Арни к Льюису. – Через пять минут после того, как мы въедем в город, Эн… Лэй Лонга должен уже болтаться на виселице.
– Губернатор и комендант будут недовольны, – позволил себе заметить Льюис. – Слишком мало народа увидит казнь…
– Ничего, привезем в Йеллоустоун тело, и пусть выставят его на площади, – отмахнулась Арни. – Если бы не чертов договор, я бы вообще прирезала его на месте.
Предыдущая – не случившаяся – казнь не могла не действовать Арни на нервы. В этот раз она не собиралась откладывать.
– И проследи, чтобы эти идиоты не поскупились на доски, – добавила она. – Пусть помост сделают побольше – вдруг придется на нем разместить не только Лонгу.
– Рассчитываете, что Рейнер придет выручать друга? – спросил Льюис.
