– Еще лучше, – улыбнулся Лефницки беззаботно и солнечно. – Я его для нас получил.
Риччи задумалась о том, с чего бы так расщедрился Грейвинд, но в его словах прозвучало нечто, еще более тревожащее.
– Для нас? – переспросила она. – Ты хотел сказать, для моей команды?
– Я не могу отпустить тебя одну, – сказал Эндрю.
Прозвучало чрезвычайно мило – хотя на сердце Риччи потеплело бы куда сильнее, если бы это произнес Вэл – но на деле означало лишь дополнительные хлопоты.
– К тому же всем, кто отправляется в подземелья, полагается сопровождение, – добавил он. – Гильдия выделит четырех человек. Через неделю можем выступать.
«А еще всем, кто спускается в катакомбы, наверняка, положено платить налог с находок», – сообразила Риччи.
У Грейвиннда были самые приземленные причины отправить с ней гильдейцев – звонкие эконкю.
– Мы могли бы обойтись и без сопровождения? – попыталась она отвертеться, сознавая всю тщетность своих попыток.
– Подземелья очень опасны, – заявил Эндрю уверенно. – И вы никогда в них не были.
Он был прав, конечно, но от этого его компания – и особенно компания других гильдейцев – не делалась желаннее.
Можно было бы сказать, что лишний меч им не помешает, вот только Эндрю не был членом ее команды – он не имел ни привычки, ни намерений слушаться ее приказов. Более того, Риччи не была уверена в том, что он примет сторону ее команды, если до него все же дойдет, что существует две стороны, и одну из них занимает Грейвинд.
Но отказать ему она не могла.
– Через неделю, – повторила Риччи. – Достаточно времени, чтобы кое-кого уговорить.
Если уж она собирается играть на поле Грейвинда по правилам Грейвинда, ей тоже нужны козыри.
***
По дороге домой Риччи сделала небольшой крюк – где-то в половину города.
Она шла по крышам, потому что уже убедилась – в некоторые места так попасть быстрее и проще, а в некоторые только так и можно. Она уже начала привыкать к тому, что вместо камней мостовых под ее ногами оказываются черепица, шифер и дерево.
Эконцы никогда почти не поднимали головы вверх – если только на них не начинала лететь куски глины из-под ее сапог. Риччи нравилось ходить теми путями, которыми не ходит больше никто. Нравилось рисковать при каждом прыжке и каждом шаге, но не встречаться ни с гильдейцами, ни со взглядами простых жителей.
Она начала привыкать к Экону, улавливать общий дух в его многогранности. Составленный из украденных кусочков он представлял собой гигантский реквием по всем погибшим мирам и канувшим в небытие временах. Но также он, построенный между Туманным морем и песками, двумя поглощающими и затягивающими силами представлял гимн возрождению и упрямству. Все его составляющие могут разрушиться, исчезнуть и быть замененными, но Экон останется собой.
Но Риччи все же не начала считать его городом, в котором хотела бы состариться и умереть.
Она собиралась еще раз осмотреть Стену и, возможно, получить ответ на вопрос: зачем кому-то ограждаться от песков? Твари слишком глупы, чтобы обогнуть город и напасть не в лоб, а никакой опасности, исходящей от пустыни Риччи не могла вообразить.
Изнутри Стена казалась еще выше и внушительней, должно быть, по контрасту с легкими и временными домами. Когда эти камни были сложены в ряд? Риччи сказала бы, что одновременно с тем, как в небесах зажегся Эку.
С ветки дерева она смогла перебраться на нее и дальше идти уже по Стене – осторожно, потому что на пути попадались внезапные провалы и острые камни.
Риччи чувствовала приближение пустыни своим существом, как чувствовала приближение Тумана. Только пустыня не отнимала сил, она сама ощущалась силой – огромной, неизведанной и пугающей. Нечто похожее Риччи чувствовала, когда проходила мимо Храма на горе, где столетиями хранился ее меч.
Но то, что пряталось в пустыне, не было осколком оружия Искателя, хотя определенно имело к последнему какое-то отношение.
Риччи в очередной раз повернула голову, чтобы бросить взгляд на пески, словно они могли измениться, и заметила ворота. Обычные стальные ворота, заманчиво приоткрытые, вокруг которых не имелось даже намека на какое-то ограждение.
«Остатки прежней Стены?» – задалась вопросом Риччи. – «Случайно заброшенный не туда кусок мира?».
Но то ли интуиция, то ли любопытство не давали ей пройти мимо. Риччи решила, что сможет найти способ попасть обратно в город: если не переберется через стену, то войдет через парадные ворота – и прыгнула.
Ворота не представляли собой ничего особенного, Риччи убедилась в этом, пощупав их и осмотрев вблизи. Вот только ощущение близости той странной силы, изменялось рядом с ними. Как будто излучающий ее объект находился очень далеко от нее, но в точности позади ворот. Когда Риччи обошла вокруг них, ей начало казаться, что переместился ей за спину.
Оставалось только предположить, что ворота сами по себе являются брешью – щелью в другой мир, но между створками она видела лишь песок, тот же самый, что и вокруг нее, освещенный тем же светом.
И если так близко от города расположен выход из него, почему желающие его покинуть не воспользуются им?
