После памятного разговора мужчина оставил Шейлин в таверне и ушел, не желая ничего менять. Да и что он мог сделать? Разрушить брак графини громким скандалом? Загубить будущее дочери, на которую ляжет клеймо бастарда? Нет. По крайней мере, у дорогих ему женщин вполне обеспеченная жизнь: пусть не такой высокий, как у него, но титул; древние корни, благодаря которой девочкам подберут выгодную партию; достаток. Вот только и на этот раз судьба, словно в насмешку над герцогом, распорядилась по-своему. Кто бы мог подумать, что его племянник станет вхож в семью графа Шатор? Как мужчину, Террен понимал молодого человека. Лиса – завидная невеста с огромным магическим потенциалом, древней родословной и внушительным приданным. Однако собственной дочери Райнер не пожелал бы такого мужа, как Рональд. Герцог за то недолгое время, что пробыл в столице, уже успел вытащить парня из нескольких неприятных историй. А дуэль на осеннем балу послужила последней каплей, после чего Террен пригрозил рассказать о выходках наследника главе семьи и потребовал убраться из столицы на некоторое время. Молодой человек не послушал совета, за что в ту же ночь и поплатился. В виновность Лернейла Фаоста маг не верил точно также, как и те, кто близко знал юношу. Вот только честь семьи требовала отомстить убийце, да и старшего брата смерть сына подкосила. Несмотря на разницу в возрасте выглядел глава семьи Райнер моложаво для своих девяносто семи, а тут мгновенно постарел – обострились болячки, дали о себе знать старые раны. Выходило так, что место главы Террену придется занять самому. Но прежде необходимо разобраться с убийцей Рона.
Письмо Шейлин с мольбой о встрече стало неприятным сюрпризом. Речь шла о дочери, поэтому игнорировать просьбу герцог не мог и даже воспользовался ключом от калитки для слуг, чтобы незамеченным попасть в поместье семьи Шатор. Служанка проводила мужчину до гостиной, принесла напитки и сладости, чтобы гость не заскучал, пока графиня к нему спустится. Однако Террен явился не за угощением и в ожидании хозяйки дома занялся изучением портретов, обнаруженных на каминной полке. Чем дольше он рассматривал работы талантливого художника, тем больше находил сходства между Лисой и его Искоркой. Такая же рыжеволосая и непоседливая кокетка, какой помнил герцогиню Роску в юности. Тот же наклон головы и мягкий подбородок. Та же очаровательная улыбка. Но также в девушке прослеживались и черты Райнеров – высокие скулы, зелень во взгляде, упорство в достижении цели. Со времен злополучного бала в обществе шептались, что Мелисса влюблена в Лернейла Фаоста и ни перед чем не остановится, чтобы отбить жениха у сестры. Жаль, что эти чувства безответны. Видел герцог какими глазами смотрел молодой Фаост на Кариссу. Красивая девушка – ее портрет также подвергся пристальному изучению – слишком похожа на Гордиена Шатор, чтобы сомневаться, чья она дочь. И одарена не меньше Лисы – три стихии соединяли в себе единицы магов. Что же, очевидно, Ари тоже плод любви. Только в тех семьях, где оба партнера любят друг друга, рождаются такие магически сильные дети. Получается, для мужа Шейлин брак тоже вынужденный. Удивительно, кому только пришло в голову прикрыть происхождение девочек таким взаимовыгодным союзом? О чувствах ведь речи не шло ни с одной, ни с другой стороны – голый расчет.
– Терри? – появление Шейлин отвлекло от размышлений.
– Она похожа на тебя… – нахлынувшие воспоминания настолько ошеломили герцога, что короткий разговор с графиней не отложился в памяти. Террен видел лишь свою Искорку, обворожительную и желанную, слышал чарующий голос, вдыхал знакомый аромат духов и жаждал только одного – сжать любимую в объятиях и никогда не отпускать. И Шейлин, будто ощутив потребность в ней, упала к нему в объятия. Пьянящий поцелуй бальзамом пролился на душевную рану, излечивая обоих от застарелой тоски. Рваные ласки, под напором которых с треском рвалась одежда, – это потребность прикасаться друг к другу, ощущать обнаженную кожу, нежным шелком скользящую под пальцами. Умопомрачительный запах желания, разлитый в воздухе, усиливал влечение и распалял чувства любовников, позабывших об осторожности.
Приглушенный вскрик, раздавшийся с порога, остался бы незамеченным, если бы не выработанные годами инстинкты. Террен моментально отреагировал на присутствие постороннего человека в комнате и рывком отстранился от Шейлин. За бесшумно прикрытой дверью мелькнул подол небесно-голубого платья. Герцог будто протрезвел, понимая, что безумный порыв едва не погубил репутацию бывшей возлюбленной.
