– У нас – ничего, мне просто необходимо связаться с Великой Жрицей, но ничего не получается.
Лендара такое объяснение не устроило, он насторожился еще больше:
– Зачем с ней связываться? Что вы планируете сообщить ей в обход меня?
Настроение и без того было не очень, а теперь еще и хотелось рявкнуть на этого параноика, но Марк сдержался.
– Это не касается Объекта, речь идет об одном эксперименте, который мы начали еще до моего прибытия сюда.
– Тогда зачем вы втравливаете в это меня?
– Потому что подозреваю: у вас есть свои пути связи с Черным Городом.
Чувствовалось, что Лендару по-прежнему не хочется ему помогать. Не потому, что он был настроен против Марка – нет, он определенно испытывал благодарность за помощь. Но он помнил, что мир Воплощений – это мир интриг, в который у него не было никакого желания соваться.
Так что он не спешил с решением, он сомневался, однако в конце концов согласился помочь. Правда, не так, как хотелось бы Марку. Он выпроводил студента за дверь и использовал личные коды – аудиосвязь не задействовал, ограничился текстом.
Разговор все-таки был, и это обнадеживало. Не важно, что сказала ему Геката – важно, что она сказала! Раз может говорить, жива, логика нехитрая.
По крайней мере, за веру в это Марк держался до последнего. А потом из кабинета вышел Лендар, куда более мрачный, чем прежде.
– Я связался с представителями Совета. Это правление Черного Города. Я передал им вашу просьбу.
– Что они ответили? – поторопил Марк.
– Они были не рады вашей любознательности. С этого момента вам запрещено обсуждать Великую Жрицу с кем бы то ни было и пытаться с ней связаться.
– Что?.. Нет! Почему?
– Вы в своем уме, Вергер? – укоризненно посмотрел на него Лендар. – Ладно вы границ не видите, но не все же такие! Я не буду спрашивать о причинах. Если приказ отдают, я его выполняю.
– И что, вам кажется нормальным, что Великая Жрица исчезла?
– Великая Жрица будет всегда. А уж кто это будет… и так рано или поздно узнаем. Идите к себе, отдохните. Ночью будет ядовитый дождь, покидать здания запрещено. Когда он закончится, мы вернемся к отлову мутантов.
Отдыхать Марк не собирался, не смог бы просто, однако и дальнейший разговор потерял смысл. Он действительно направился к себе, пытаясь понять, что произошло.
Геката упоминала, что каждое Воплощение – это роль, которую всегда будет кто-то играть. Меняются актеры, но не роль. И все же Марк мысли не допускал, что ее могут заменить на кого-то… Да, Воплощения тоже смертны, и Геката рисковала погибнуть в любой опасной битве. Но чтобы ее просто ликвидировали, как отслужившую свое вещь? Лендар, похоже, верит, что такое могло произойти, если причина была. Однако Марк абсолютно точно знал: причины не было.
Ему нужно было знать правду… И в другое время он бы сорвался, поехал к стенам Черного Города, ждал бы там, пока она не вернется – или пока ему хоть кто-то не ответит. А сейчас никто не выпустит его за пределы карантинной зоны. К нему еще и присматриваться внимательней начнут после всех расспросов! Однако и работать, как раньше, он уже не мог. Нельзя уйти и нельзя остаться. От этого веяло безысходностью…
А безысходность Марк не любил и отказывался принимать. Он устроился у окна, наблюдая, как на мир обрушивается ядовитый дождь. В прошлом вода с неба означала лишь жизнь, теперь возможны варианты. Лендар не сказал, какая именно разновидность им досталась. Судя по отблеску в облаках, слабая кислота, такая заживо не растворит, но ожоги на коже оставить может. Оно, пожалуй, и к лучшему: избавит их от пары-тройки сбежавших мутантов.
Марк размышлял об этом, когда за окном мелькнул светлый силуэт. Снаружи было темно, да еще и дождь завис в пространстве белесой стеной. И все же Марк не собирался списывать все на простое «показалось». Он прильнул к окну, всматриваясь в сырой ночной мрак.
Точно, кто-то есть! И знакомый кто-то… Бежит быстро, зная, что в такую погоду дежурных не будет, да и камеры работают отвратительно. Тоннели охраняются, поверхность – нет, ведь никто добровольно не сунется под кислоту!
Никто, кроме того, кому плевать на свое тело – потому что это не его тело.
Нет, не может быть. Они проверили всех беженцев, ни у кого больше не было протезов! Или продавец игрушек теперь подчиняет всех подряд? Но тогда его невозможно победить…
Марк знал, что не успеет перехватить человека, вышедшего под дождь. Соваться в кислотную взвесь он не собирался, а по тоннелям путь длиннее. Он толком не разглядел, кто именно это был, однако догадка появилась. Неприятная такая догадка, тревожащая… Но проверить ее надо.
Так быстрее, беженцы, из тех, что на хорошем счету, живут в одном здании со студентами. Просто на другом этаже, и Марк поднялся туда, постучал в нужную дверь. Он только сейчас сообразил, что уже два часа ночи… Ну и ладно. Беженцы причинили достаточно неудобств, потерпят.
