ОТПЕТОВ: Ну, с Богом! И прошу каждого прочувствовать сей минуты непреходящую историческую важность – ей суждено быть вписанной в историю всемирных литературных событий!
Итак, моя эпохальная поэма «Чао!».
Глава первая – «Туманные картины…»Теперь,когда господьнас разлучил,Тебя призвал, а мне дал отступную,И ангел твою душу потащилВ какую-то галактику чужую,Я тут один остался, аки перст,Читать страницы наших биографийИ, ставя на любви минувшей крест,Рыдать над стопкойстарых фотографий…Теперь, когда подводятся итоги,Или, точней сказать, один итог,И ты в дороге, а не я в дороге,Тебе я посвящаю лучших строк…МАРУСЯ (про себя): – «Ой!».
ОТПЕТОВ (продолжает):
Сорваться с костимясо норовит, И кожа с мясомноровит расстаться,И я такойимеюбледный вид,Что врач велитусиленно питаться.Твой Млечный путьтуманитсяво мгле,Мне не догнать тебя,не подключиться,И я стоюна поле,на земле,Готовый в озимьголовою вбиться…Нам на земнойне встретитьсястезе –Ведь ты летишь куда-точерной птицей…А я живукак быв анастезе,И уж неделюне был за границей!Маруся, впервые сталкивающаяся с творчеством Отпетова (или, точнее, Антония Софоклова), изумленно вскидывает брови: «Что это – урок занимательной грамматики, шутка? Тогда почему все столь серьезны?» – Она не успевает сосредоточиться на этой мысли – боязнь не уловить ключ к разгадке заставляет ее снова вслушиваться в слегка гнусавящий голос:
Сегодня мы на разных берегах –Меж нами – баррикада-барракуда,И не дано нам сблизитьсяпокуда –Иначе быть мнеу нее в зубах…Мне вновь пора лететьнад океаном,Лететь и погружаться в мир чудес,Навстречу огнедышащимКурганам…Мне нравится…«… Плетение словес!» – завершает про себя Маруся, и морщинка на ее лбу разглаживается – похоже, что ключик ею уже найден.
Тем временем, Отпетов, расширяя тему, круто меняет размер:
Лечу над ночным голубымОкеаномНавстречутуманностей звездным туманам,Внизу, как киты,трепыхаются птицы,Мелькают одна за другойзаграницы.Я знаю их все –я их кухни отведал:Повсюду я пили повсюду обедал…На завтрак елманго, банан и папайю –Я лучше морквыэти овощи знаю…«Стоп, стоп, стоп… – спотыкается о последние строки Маруся. – Это что-то очень знакомое… Нечто подобное мне когда-то где-то попадалось… Ну, конечно же, у Шевырева – об одном литераторе его времени… ровно полторы сотни лет назад написано. Ага, вот оно:
«Он все концы земли изведал, Она изъезжена им вся, Он всей Европою обедал, Ее наелся, напился. Неповоротливый рассудок Пока на месте просидел, В нем путешествовал желудок И всюду пил и всюду ел».
А поэма катится дальше, набирает ход:
… Я лучше морквыэти овощи знаю,Я их как закуску предпочитаю –Ведь я и напиткиПорой потребляюПокрепче ситра, кока-колыи чаю,Когда в Катмандуили в Дели скучаю…Туда я всегдавозвращаться не чаю.Хоть сух там закон,но я долг исполняю,Свой долг, про которыйодин только знаю…Таможни, границы, карамбы, тамтамы,Парижи, гонконги, меридианы…Я пел свои песнив Садате,с Египтом,И там ощущал я себяэвкалиптом,Для кое-кого –положительным малым,Тут пальмой порою,а там – красноталом…Мне есть, чем похвастать,и есть, чем гордиться,Ведь свет без меняперестанет крутиться,Я должен до тыщи,как минимум,жить –И некомув миременязаменить!