Конечно, для «плана Б» было также все готово – взрывпакеты для стен города, например. Это на случай, если у нумидийцев ничего бы не получилось или если бы они вновь предали нас, но тогда, увы, всем было бы очень несладко. А план был примерно таким же, как и в Ыпоне: ночью я минирую два места в стене (Хаспар показал мне, какие именно), а потом, когда бабахнет, в город идут «шетурмим» и «пехотим» при поддержке «каазаким». План был не самый удачный, но он мог и сработать: никто здесь даже не представляет, что такое взрывчатка, и шок от взрыва даст нам преимущество на какое-то время. Были планы и по применению «карфагенского огня» в его сухопутном варианте, но это на самый крайний случай: Ытикат нам был нужен, но не выгоревший дотла.
Условным сигналом были три горящих стрелы над городом, к которым были привязаны костяные свистульки. Судя по моим электронным часам, которые все еще шли, произошло это в четырнадцать двадцать семь, хотя, конечно, время я выставил когда-то по наитию.
Сразу же по сотне «шетурмим» бросились в ходы, про которые нам рассказали беженцы. Через несколько минут открылись и Карт-Хадаштские ворота, и основная масса «шетурмим», а за ними и «пехотим» с «каазаким» ворвались в город. На сей раз я туда не пошел (помочь в уличных боях я ничем особо не мог), а вместо этого залег на краю рощи, в которой стоял один из засадных эскадронов «каазаким».
Вскоре со стороны моря появилась конная когорта. Я успел подстрелить двух командиров, но это было как слону дробина. А вот страшный фланговый удар «каазаким», хоть и меньшей численностью, чем римляне, оказался столь действенным, что римляне начали спасаться бегством – в направлении все того же порта Руш-Эшмун, откуда они прибыли. И это были не наемники, а, судя по экипировке, самые настоящие римляне либо их италийские союзники.
Я не видел, что происходило в городе, но в пятнадцать сорок три по часам из города выехали Хаспар и Массинисса – вместе, я обратил внимание.
Хаспар объявил:
– Римляне только что капитулировали. Сейчас город зачищают.
– А как все было?
– Нумидийцы ударили сразу в нескольких направлениях. Нам помогло, что иллирийцы сразу начали бросать оружие, а потом за ними последовали и другие. Сопротивлялись лишь италийцы и галлы, но внезапность была на нашей стороне, равно как и массовая сдача в плен их соратников. И проконсул Хостилий только что сдался.
Вскоре начали выводить пленных, включая моего старого знакомого Хостилия. Я жестом дал понять, чтобы его подвели ко мне.
Увидев меня, он сбледнул с лица, а я участливо спросил его:
– Ну что, предложение о римском гражданстве и деньгах остается в силе?
Хостилий не понял, что я издевался, и заблажил:
– Отпусти меня, и у тебя это, конечно, будет!
– Да зачем? Теперь ты мой гость. А веры вам нет никакой, после того что вы сделали с ытикатцами. Да, их верхушка оказалась предателями, но вы не выполнили ни единого своего обещания.
– С тобой все будет по-другому!
– Именно так. Я, дорогой мой, не предам.
– Но это же не твой народ!
– Теперь мой. Уведите его.
Да, победа была на удивление легкой, особенно если учесть, что мы разгромили – практически без потерь – армию, превосходившую нас более чем вдвое. Раненых было всего около десятка у нас и полсотни у нумидийцев, причем почти всех я без колебаний доверил своим ребятам-медикам – они уже много чему научились. Тяжелых было двое у нас и десяток у нумидийцев, но особенно меня огорчили двое из них – Адхер-Саккан, с которым я когда-то шел из Ыпона в Карт-Хадашт, и мой будущий тесть – Микивса. И я немедленно занялся сначала, конечно, Микивсой, затем Адхер-Сакканом, а потом и другими.
Через три часа я, даже не слишком уставший, вышел из здания городского управления, в котором занимался ранеными, и столкнулся нос к носу с Хаспаром.
– У меня все нормально, – кивнул я. – Ни один из раненых не умер и, смею надеяться, не умрет. Или я что пропустил?
– Город зачистили, – ответствовал сын Ганнибала с улыбкой до ушей.
– А как это у вас так быстро получилось?
– Враг оказался в полном замешательстве. Римляне и их союзники попросту сдавались пачками. Единственный вопрос – где их всех разместить? Но, если память мне не изменяет, у реки есть немало пустующих каменных складских помещений.
– А почему пустующих?
– Да река-то обмелела, и торговля переместилась в Руш-Эшмун. Там, наверное, и большая часть товара. Римские припасы частично здесь, но тоже, скорее всего, в основном там.
– Здорово, что так получилось!
– А ты не переживаешь, что тебе так и не удалось бахнуть? – спросил Хаспар с улыбкой.
Я же, подумав, что Руш-Эшмун все еще оставался за римлянами и что его нужно будет тоже брать как можно скорее, чтобы не дать им возможность подвезти свежие войска, лишь усмехнулся, несколько переиначив сказанное пингвинами из «Мадагаскара»:
– Бахнем, обязательно бахнем. Но чуть позже. Может, уже сегодня ночью?
11. Все новое – хорошо забытое старое…
