– Я знаю, что вы самостоятельно уже пытались обыскать судно и найти этого… гм-м-м, Джона Кросса. Обратите внимание: я не ограничил ваших действие, не приказал помешать вам в этом. Мало того: я и сейчас не отказываюсь от своих слов и заявляю во всеуслышание: разрешаю вам перевернуть «Герцог» вверх дном в поисках вашего воздыхателя. Матросы! Слышите меня?! Не чините препятствий, если дамочка надумает осмотреть самые укромные уголки трюма! – А затем добавил более спокойным голосом. – Правда, если кто проявит сноровку да и решит потешиться там со столь эффектной дамой, я возражать не стану.
Послышались язвительные хихикания и одобрительные покашливания, мол, за нами не постоит.
– Это слова того, который уверял, что не допустит, чтобы с моей головы упал хотя бы один волосок?
– Ой! Ой! Ой! Ой! Да когда же это прекратится?! Я не удивлюсь, если следующим моим приказом будет: выбросить к дьяволу эту сумасбродную женщину за борт! Разрази меня гром! У меня же когда-то в конце-то концов должно лопнуть терпение! Я ведь, милая, и сейчас не отказываюсь от своих слов и действительно готов и волоску не дать упасть с вашей прекрасной головки, которая, сотый раз повторяю, сводит меня с ума. Но не в ответ же на издевательства, разрази меня гром, я буду это делать! Пусть игра будет честной и равной. Как вы будете ко мне относиться, тем же буду отвечать и я! Все! Ступайте прочь!
Фрей демонстративно повернулся к девушке спиной, нервно, вцепился пальцами в твердынь дерева фальшборта и устремил взгляд вперед, к горизонту. Но тут же резко повернулся и подошел ко все еще стоящей в нерешительности Мери и взял ее за руку.
– Я делаю последний шаг к примирению, Мери. Последний! Слово дворянина, что больше уступок не будет, если вы и сейчас оттолкнете меня. А уступаю я вам потому, – он увлек девушку за собой и подвел ее к фальшборту, – что момент сейчас особенный, необычный. Не хотелось бы омрачать его скандалом. Вы видете остров вдали, сударыня? Не правда ли он прекрасен? Но это не все. На нем нас ждут сокровища. Несметные сокровища, Мери. Я их брошу к вашим ногам, Вы хотите этого? – Фрей обнял ее за талию и взглянул ей в глаза. – Вы хотите этого, мисс Мери.
Девушка стояла, не двигаясь и не дыша. Молчаливая и покорная. Эта покорность не просто понравилась Фрею. Она начала его возбуждать.
– Какие драгоценные камни вы любите, мисс Мери? Неужели нет таковых? Какая женщина не любит дарагоценностей?!
Мери словно в полусне или в боязни чего-то тихонько и робко прошептала:
– Люблю конечно. Как не любить? Люблю бриллианты, сапфиры, жемчуг…
В эту минуту она была похожа на маленькую девчушку, хорошенькую и беззащитную. Она была сейчас такой нежной, такой доброй и такой красивой. Как никогда красивой и как никогда обворожительной. Ему хотелось крепко-накрепко прижать ее сейчас к себе и неистово расцеловать, Целовать долго и безумно, до умопомрачения. Никогда она еще не была так податлива в отношении к нему, никогда еще не была так близко к нему. Настолько близко, что он чувствовал ее горячее дыхание, чувствовал пьянящий запах ее волос. Раньше Фрей владел многими женщинами. Владел полностью и безраздельно, телом и душой. Но в эту минуту он поймал себя на мысли, что никогда ранее не испытывал столь сильного возбуждения, как сейчас. Фрей весь напрягся, крепко прижал ее к себе, и еще больше потерявший голову от того, что она и сейчас его не отталкивает, принялся лихорадочно ей шептать, срывающимся от волнения голосом:
– Все это будет у вас, мисс Мери! Уверяю вас! Все это будет у ваших ног! Вы хотите этого?! Ну скажите, прошу вас! Хотите?!
Девушка потупила взор и жалобно-жалобно, по-детски виновато, голосом, который, казалось, вот-вот перейдет в плач, прошептала:
– Я хочу… увидеть Джона.
Фрей враз обмяк, руки его плетьми упали вниз. Он сделал шаг в сторону и направился мимо девушки, не обращая на нее никакого внимания, как будто она для него больше не существовала на свете, к команде. Те, чтобы не смущать командира, поспешно и, главное, дружно устремили свои взгляды в сторону вырастающего из-за горизонта острова, всем своим сосредоточенным видом показывая, что они давно увлечены этим и только этим, потому-то им недосуг было подсматривать за капитаном да становиться свидетелями его конфуза. Тот, однако, действительно быстро овладел собой и уже через мгновенье твердым и уверенным командирским голосом, словно ничего и не произошло, крикнул одному из матросов:
– Послушай, Билли! Притащи-ка подзорную трубу из моей каюты!
Уже через минуту Фрей, приложившись к окуляру, внимательно рассматривал очертания острова, который становился все ближе и ближе. Спустя еще минуту палубу «Герцога» сотряс его выкрик:
– Ха! Паруса! Вижу корабль! Разрази меня гром, если это не «Фунт удачи» с твоим, Грет, дружком-пастором!
Все принялись пристальней вглядываться вдаль. Наступило всеобщее оживление. Все на «Герцоге» знали, зачем отправляются к острову. Волновались лишь об одном: чтобы не упустить тех, кто в гавани Мартиники опередил их и первым отправился в путь.
