Загиморка прищурил глаз, накрутил седой ус на палец. На кончике его сизого носа набухала жирная дождевая капля.
— Говорить будем, — нашелся он, наконец, — что я лично тебя в Узун встречать ездил, а потому бумаги тебе, как постоянному жителю, вроде и не положены. Так вот. И не придерёшься. Я как раз, кхе-кхе, на Сароллат отъезжал… могут, конечно, проверить, но вряд ли.
Нёта не очень удовлетворило такое хлипкое объяснение отсутствия у него бумаг, но это было больше чем ничего, и объявленная цена услуги его вполне устраивала, тем паче, что хорошо покушать в компании разговорчивого аборигена его ближайшие планы не нарушало, а наоборот дополняло их.
— Хорошо, дядя, — он приблизился и приобнял Загиморка. — Только давай сразу договоримся, — вычленив на боку усача одно из выпирающих рёбер, он сдавил его пальцами, не очень сильно, но тому хватило, — если ты вдруг…
— Отпусти, — тихо захрипел Загиморка, — не вру я.
— Если ты вдруг захочешь поменять моё
Усатый побледнел и скуксился. Дауларец отпустил вновь обретённого родственничка и дружески похлопал его по спине.
— Ну зачем ты так, добрый человек, — осклабился тот, одной рукой держась за ноющий бок, другой оглаживая взмокший свой затылок, — я же со всем, кхе-кхе, к тебе уважением.
— Да ладно тебе, что грустный такой?
— Я не грустный, я тверёзый.
— Ну хорошо, хорошо, идём, — сдался дауларец, глотая слюну и буквально дурея от дивных запахов прорывавшихся из трактира. — Накормлю тебя, за обиду, так что долго племянничка своего не забудешь. Хорошо тут готовят, — это был не вопрос а выраженная в слове надежда.
— Нормально… А может, кхе-кхе, не надо, так что бы не забыл? — На лице Загиморка радость от предвкушения вожделенной трапезы, смешалась с неуверенностью и даже страхом. — Я не привередлив.
— Да, хватит уже, — нетерпеливо подтолкнул его к двери Нёт, — пошутил я, неужели не понятно.
— Ну, чтоб всё как у людей! — поднял кружку Загиморка.
— Ага, — буркнул Нёт, со смаком вгрызаясь в прожаренную до хрустящей корочки гусиную ножку. — Почему народу так много?
Не маленький зал трактира был заполнен на две трети, и мгновенно образовавшийся у входа хозяин безаппеляционно заявил, что свободных мест нет, а те немногие, незанятые, предназначены для постояльцев, которые спустятся с минуту на минуту. Вот тут-то Нёту и довелось увидеть в действии всю мощь экспрессии и силы слова вновь обретённого своего дядюшки; Загиморка бросился в атаку как раненный чиабу; активно жестикулируя руками он догнал, имевшего неосторожность попятится хозяина, до стойки. Откуда тому и было указанно на свободный столик, и, со всей доходчивостью и без стеснения в выражениях, объяснено, кого собой представляет он сам, и все его родственники вплоть до седьмого колена (особенно женская их половина), на что похожа его рыгаловка, и все (за редким, думается, исключением) собравшиеся в зале посетители. Удивительное дело, ни кто из присутствовавших и не подумал возражать рьяно отстаивавшему свои права Загиморке; одни, как ни в чём не бывало, продолжали трапезничать, другие заинтересованно наблюдали за тем как будут дальше развиваться события. А кто-то даже поднял в честь бунтаря (по всему видно пользующегося среди завсегдатаев несокрушимым авторитетом) кружку и пригубил вайру, или что там у него было налито.
Так или иначе, но в результате этой эскапады, они были размещены за небольшим столиком у дальней от входа стены, между камином и ведущей на второй этаж лестницей.
— А народу много, потому как имперцы, кхе-кхе, будь они не ладны, все как один домой вдруг засобирались. — Нёт не скупился, и вольготно развалившийся на лавке и уже изрядно захмелевший Загиморка то и дело подзывал подавальщицу и заказывал, то новое блюдо для себя и «племяшки», то пару кружек вайру, которое, к слову сказать, было превосходным. — Горе у них, видите ли — император, кхе-кхе, изволили окочурится.
— Вот это новость. С чего это вдруг?
— А я почём знаю, видимо что-то съел, — слово в слово повторил Загиморка давешнюю фразу Пиота Коскилира, которую незадачливый цейлер произнёс у одра умирающего императора.
— Отравили?
— А то!
— Кто станет новым императором Зарокии?
