Старушка мрачно уставилась на него с пугающей пристальностью — блёклые зрачки стали похожи на шлифованный янтарь — и лет глазам её было примерно столько же; нижняя челюсть дёргалась так, будто она жевала что-то на редкость горькое.
— Ты утверждаешь, что убил Вейзо Ктыря, — сказала она, — но он снова жив! Как это может быть?
— Я не знаю, — искренне ответил Крэч, не вдумываясь в страшный смысл слов, подтверждающих самые ужасные его догадки, а лишь недоумевая, как это Властитель мог засомневаться в правдивости его ответов.
Старушка немного помолчала, о чем-то задумавшись, потом ничего не говоря, вложила карибистолу в дииоровую ладонь феа.
— Он вам не нужен, Властитель? — разочарованно выдохнул он.
— Мне «это»? Зачем? Береги карибистолу, Крэч Древорук и обязательно передай её Маану.
— О да, конечно.
— Вы позволите, Властитель? — голос за спиной заставил Крэча вздрогнуть.
Он обернулся — никого, разве что две серые гранитные статуи у входа: рыцарь с полуторным мечом и небесной красоты женщина с миниатюрным светильником левой руке.
«Как это я их сразу не разглядел? Ах, ну да — с темноты на свет, носа собственного не увидишь».
Должно отметить, что за всё время их разговора ни один из кнуров Текантула не проронил, ни звука. Более того, они не сделали ни одного движения — вот кто сейчас был мертвее камня!
— Что ты хочешь, Тэл'Арак? — спросил мягкий женский голос.
— Минуту терпения, Латта.
Статуи ожили. Названная Латтой поставила фонарик на скамью и села. Тэл'Арак подошел к столу, взял кружку и выплеснул содержимое Крэчу в лицо, так ему показалось, на самом же деле вода зависла в пространстве меж ними, обратившись полупрозрачной немного подрагивающей по краям картой Ганиса. Рыцарь взмахнул ладонью, и изображение стало увеличиваться.
— Покажи место, где ты убил Вейзо Ктыря?
— Здесь, — промямлил Крэч. — Нет, здесь.
— Точнее, — потребовала рыцарь, и сделал жест рукой — изображение увеличилось и стало ещё отчётливее.
При таком приближении картинки на карте казались живыми — птицы (первое, что бросалось в глаза) парили над горными вершинами, разливалась по ущельям туманная дымка, деревья раскачивали кронами.
Крэч молчал — слишком ошеломило его увиденное, и тогда Тэл'Араку пришлось вмешаться:
— Где это произошло, покажи, — нетерпеливо возвысил он голос.
— Вот, — Крэч ткнул пальцем в затянутое дымкой ущелье. Вот здесь подвесной мост… — «Он же качается, Хорбут меня раздери!» — Вот река, — его палец скользнул на север, уткнулся в карту, будто она была не порожденной магией иллюзией, а настоящим, пришпиленным к стене листом пергамента. — Здесь деревня корредов. Точно!
Рыцарь поглядел на точку, перевел взгляд на старушку, кивнул, в смысле: ну, что я вам говорил, после чего вернул взгляд Крэчу — сквозь карту по лицу его проплывали облака и летели птицы.
— Ещё раз назови, кто там был, — потребовал рыцарь.
— Я, Чарэс Томмар, Вейзо Ктырь и его дружок, имени которого я не знаю.
— А корреды?
— Они убили их всех, я, во всяком случае, живых корредов не видел.
— Животные были? Собаки, кошки… козы, овцы?
Услышав его слова, девушка вздрогнула.
— Нет… не видел, — премило улыбнулся ему Крэч.
— Кого убил лично ты? — продолжал допрос Тэл'Арак.
— Вейзо и его дружка, хотя на счёт второго я не уверен. Но скорее да, чем нет.
— Ты с первым оплошал.
— Похоже что так.
— Чарэс Томмар остался жив?
— Я не знаю.
— Он жив, Тэл'Арак, — сказала старушка. — Не трать время на ненужные вопросы, всё что нужно я уже узнала.
Рыцарь покорно кивнул, однако Крэчу показалось, что он недоволен тем, что его прервали.
— А, зачем тебе место, где это произошло, Тэл'Арак? — спросила Латта. — Что оно может дать нам?
— Находясь там, мы поймём, как Алу'Веру удалось связать себя с телом носителя. Обладание подобным знанием, значительно расширит наши возможности.
— Мне кажется это излишним, — сказала старушка.
— Наши возможности и так несопоставимы с возможностями любого мага нашего мира, — добавила Латта. — Важнее узнать, кто стал носителем, а как это произошло, мы сможем понять потом, расспросив Алу'Вера.
— Я не рассматриваю перспектив сражения с магами Ганиса, подобные думы приводят меня в уныние. — Тэл'Арак отвернулся от карты и та, не подпитываемая больше его магией, стекла на пол. — Я не очень хорошего мнения о нынешних магах. Думаю в недалёком будущем нам не избежать стычек со слугами Триждырождённого. Будет не так легко взять верх над Темносущными. Они равны нам по силам, а в чём-то даже и превосходят любого из нас.
Старушка хмыкнула, снова закинула ногу на подлокотник, очевидно, эта поза была её любимой.
— Ты как-то странно говоришь обо всём этом, Тэл'Арак, — заметила она, и Крэч полностью с ней согласился. — Эта твоя манера… я не могу уловить… твой голос полон надменности и сарказма, что это? Ты никогда не был таким. — Старушка держала пальцы на висках. — Сегодня я выбрал немного неудачный образ и от громких звуков у меня ужасно болит голова.
Лицо Тэл'Арака было полем битвы смирения и раздражения.
