Это было очень некстати, ибо идти пешком он собирался только до этого места, остальную часть пути Изменчивый рассчитывал пролететь, обернувшись какой-нибудь быстрой птичкой. Теперь это казалось весьма рискованной затеей. Он был почти что уверен, что находится на прицеле у одного из реи-кану-лучников, охраняющего руины Мантоса.
Рисковать, ощущая на себе взгляд «приветливого» незнакомца, Тэл'Арак не собирался. Становясь птицей, Изменчивый лишался как минимум половины от своей магической и всей обычной защиты. Конечно же, он мог обернуться кем-то более мощным: клювокрылым иэром или двухголовой каменной дерузой, подстрелить которых было очень непросто, но о какой тогда скорости могла идти речь. К тому же Тэл'Арак не очень любил находиться в телах этих грузных чудищ, облепленных костяными пластинами, а скорее всего попросту так и не научился должным образом управляться с их телами. Рассчитывать же на неточный выстрел было верхом легкомыслия — реи-кану-лучники были лучшими стрелками, из всех, что довелось видеть на своём долгом веку Тэл'Араку.
Особая каста — смесь совершенных физических данных и магических способностей. Рослые, даже по меркам кану, сухие, без единой капли лишнего жира, широкоплечие с необычайно-сильными руками и орлиным зрением. Их луки по мощности превосходили тяжелые кибийские балестры, а по дальности полёта стрелы, которую с большей уверенностью можно было назвать небольшим копьём, им просто не было равных. Стрелы с зачарованными наконечниками из чешуи дерузы, пробивали любой из доспехов, когда-либо созданных кузнецами Ганиса, а при удачном стечении обстоятельств даже многослойные панцири греолов. Это-то Тэл'Арак и его верный галиоровый «защитник» испытали на себе в Битве Столетий не одну дюжину раз.
Сегодня у Тэл'Арака не было настроения проверять на прочность ни броню, ни милость Первых, особенно если учитывать то, что он намеревался сделать. А потому решил, что остаток пути он преодолеет пешком.
Город Хора и Суо, будто бы рос из земли и камня. Валигар поглотил всё — вторгся в разрушенный в Битве Столетий Мантос, цепляясь ветвями за уцелевшие стены и провалившиеся крыши, обвивая корнями и лианами вросшие в землю лестницы и накренившиеся колонны.
Где-то слева шумела река.
Тэл'Арак двигался очень быстро, пусть ему не каждый день доводилось ходить по развалинам Мантоса, а если точнее — этого не было никогда, время сейчас было дороже.
Второй мост, на этот раз узкий и до ужаса длинный.
«Должен признать, с высоты полёта этот мост не кажется столь жутким».
Крутой словно полёт стрелы реи-кану-лучника и такой же длинный, он взлетал из-под ног Тэл'Арака на лесистой стороне ущелья и падал по другую. У моста не было ни перил, ни одной отходящей вниз опоры.
Тэл'Арак оглянулся и поглядел в гущу листвы, словно напоминая стрелку о Шер-Такском договоре и говоря ему: видишь, я ступаю на этот мост без страха, потому что знаю — ты не попытаешься нанести вред тому, кто пришел на твою землю с миром.
Это был Шургэт. Не тот город, в котором когда-то давным-давно жили изгои — Хор и Суо. Развалины того Шургэта находились гораздо севернее у пиков Гроватта, называемых ещё Пастью Змея — дальний, самый высокий из пиков, напоминал очертаниями раздвоенный язык змея, а два других — его зубы. Теперь Шургэтом, согласно договору, называли огромную оцепленную горами территорию, равную по размерам Такриту или Фесзаху, определённую как место жизни (или заточения) тёмных кану.
Последние шаги и греол ступил на запретную территорию. Страшное место. Острозубые обломки скал, одиноко торчащие из тумана, голые, почерневшие стволы иссохших деревьев. И так на многие лиги вперёд.
К полудню Тэл'Арак подошел к воротам Вукинорта. Он прошел между разрушенных почти до основания статуй и двинулся вверх по широким ступеням. Массивная арка, и два обломка стен, некогда опоясывающих каменную чашу Вукинорта, были разрушены почти до основания. От арки остались лишь боковины да зловеще зависший в вышине свод, чудом удержавшийся на обломках опор.
Тэл'Арак с сомнением смотрел вверх на эту громаду, размышляя, что будет, если какой-нибудь кусок, а глядишь и вся арка, свалится ему на голову.
Он прошел сквозь врата и очутился на большой выложенной камнем площади. Вдалеке по центру, возвышалась ещё одна арка — малая, с колоколом; массивная цепь змеёй спускалась от стального языка, и, свернувшись в несколько колец, дремала на блестящих от дождя камнях.
Тэл'Арак с тревогой огляделся, обвёл взглядом панораму тёмных развалин, теряющихся в далекой дымке, и попытался представить, каким Вукинорт был на пике своего существования.
На полпути к арке с колоколом, он остановился — разглядывал остовы некогда величественных строений и приближающихся к нему реи-кану. Сначала, словно из ниоткуда, появилась первая тройка воинов — погруженные в туман, жавшийся к земле, они шли со стороны чернеющего вдалеке леса. Затем Тэл'Арак увидел как справа от него, что-то около сотни тонло, вышли из-за обломков ещё несколько воинов закованных в гладкую черную броню и с гизурамами за плечами.
