Кто-то другой может и обрадовался такому повороту событий — даже ребёнку известно, что онталар вдвое выносливее человека, и убить его голыми руками, да в честной драке, ой-ой-ой как не просто. Но Вейзо (то есть Ктырь) любил железо и терпеть не мог выходить на бой с голыми руками — ну не его это. Мог, конечно, и так, но не любил!
— Может на аренке? Твоей. Денег ещё на моей смерти заработаете? — подкинул идею Вейзо, пытаясь оттянуть неизбежное. — Дождь, чувствую, будет. Намокнем.
— Нет, — отрезал Диро, — я убью тебя здесь и сейчас. Надоел ты мне.
Вейзо выдохнул шумно.
— Ну хорошо, — обречённо согласился он, проклиная в душе свое невезение, — как скажешь.
Медведи принялись пинками отгонять нищих от их же костров.
— Пусть смотрят, — великодушно разрешил Диро, по-хозяйски обходя частично заваленную хламом площадку.
— Гоните их сюда, — замахал руками Кеален Поро, — пусть почистят здесь. Дерьмо это, — он пнул что-то ногой, — долой.
Мусор быстро убрали, оттащили к сараю полуразвалившуюся без колёс телегу, сдвинули в сторону старую рыбацкую лодку. Разожгли с десяток факелов, повтыкали их по периметру вновь созданной арены. Стало светло почти как днём. Нищих хоть и оставили, но согнали на одну сторону и оттеснили на дюжину шагов к развешенным под починку сетям.
Появились первые зеваки.
«Кто-то предприимчивый из Медведей, — понял Вейзо, — решил воспользоваться ситуацией и оповестил посетителей ближайших трактиров. Не просто так, ясное дело. Сейчас ставки принимать начнут. Это хорошо — просто так, как собаку, не убьют. Просыпайся Ктырь, есть для тебя работёнка».
Пока шли приготовления, он сидел у дерева под охраной троих бойцов и прицелами балестр. Его обыскали и забрали всё оружие. Заставили снять куртку и нижнюю рубаху, разрешив оставить только штаны с ремнём и сапоги. А ещё подарок Нэла Бирама — самоа в виде древесного кота, точно такое же, как у убитого полчаса назад в переулке. Ничего особенного — обычное дело, именно в таком виде — голыми по пояс выходили на бой на аренах Ногиола. Оставалось только надеяться, что и Диро Кумиабул будет соблюдать правила с таким же рвением, с каким их отстаивает.
Откуда-то вылез старый пятнистый как тигр пёс, он обнюхал Вейзо и завилял хвостом.
— Интересно, да? — потрепал его по уху одноглазый онталар. — Ложись тут, посмотришь, как будут убивать старину Вейзо.
Пёс уселся рядом и положил одну лапу ему на ногу.
Из-за сарая кряхтя, выкатил Чойум Пятишкур, вышли трое его парней с лопатами. Калека смерил Вейзо и пса взглядом. Снял шляпу, почесал темя. Сощурился и вновь поглядел на онта, потом куда-то в сторону и снова на онта. После чего начал водить над землёй пальцем, размеры определяя: так, мол, и так, ребятки, копайте.
«Ах, сучок! — мысленно обвинил его Вейзо, что ни говорите, а действия главаря Костыльков, прикидывающего размеры могилы, оптимизма не добавляли. — Что я такого сделал, что ты на меня так окрысился? Врагами мы вроде никогда не были… Эва как время людей меняет!»
— Тише! — Кеален Поро взмахами рук призвал гудящую толпу к тишине. — Мы начинаем, — возвестил он, потрясая кулаками, и сделал три шага назад.
На площадку вышел Диро Кумиабул: не спеша, спокойно, без лишнего пафоса.
Толпа охнула (количество зевак к тому времени утроилось). Дурные предчувствия Вейзо оправдались — разумеется он предполагал, что без одежды Диро будет выглядеть иначе (покрой зарокийских шочерсов не оставлял места для воображения) но надеялся что изменения будут не в худшую для него сторону. Отчего-то он решил, что Диро Кумиабул высок (этого-то никуда не спрячешь) да и только. Воображение онталара упорно рисовало вождя Медведей как здорового ранее, но сейчас тучного, подзаплывшего жирком мужчину средних лет, давно уже не поднимавшего нечего тяжелее свиной ноги и литровой кружки вайру. Опять же смешки, ужимки, эта вот пощечина, так не вязавшаяся с образом сильного уверенного в себе вождя самого мощного къяльсовского клана Таррата, а может и всего Ногиола.
Всё это и побудило Вейзо думать о Кумиабуле как о слабом ни на что уже не годном человеке, однако то, что он увидел сейчас, заставляло ужаснуться. Кровь застучала в висках — всё его существо хотело кричать. Диро и в самом деле был подобен огромному медведю. Ни капли лишнего жира. Скала! Гроватт!
Всю верхнюю половину тела Диро Кумиабула, наделённого чудовищной мощью, от ключиц до пупка: грудь, руки, живот, покрывали однотонные тиу — ровные ряды букв — текст какой-то древней книги. Ни рисунков, ни изображений зверей (так популярных среди къяльсо) — лишь крохотные буквы и знаки. Именно по этим знакомым ему ранее крючкам, разделяющим текст, Вейзо и понял что тело Диро Кумиабула покрыто узлами компендиумов старинного боевого искусства Гэмотт-рам.
Он сильно засомневался — правильно ли сделал, что принудил Диро к поединку.
