— Когда она спит мне кажется что она моя дочь… Это не так. Она невинность, дитя света, она молчит и терпит… всё… она полюбит тебя, и родит дитя… наследника… Ты боишься, не хочешь этого… От судьбы не уйти, Алу'Вер, понимаешь, о чём я говорю?
— Смутно…
Старик взял ещё одну коробочку со стола и высыпал немного порошка на ладонь, поднёс к лицу и сильно дунул — порошок полетел Вейзо в лицо — он не ожидал такого и закашлялся.
— Я скажу тебе, где можно найти Варата…
— Кого? — Сознание Вейзо мутилось, его бросило в пот. Стены комнаты отдалились, расплываясь миражами, грань между небом и землёй стёрлась, ночь и день слились в единое целое… Он вновь почувствовал внутри себя чьё-то присутствие, снова вспомнилась ночь в Седогорье, когда он сперва вроде как умер, а после оказалось — жив. Именно тогда он почувствовал в себе новые силы.
— Варата Шепотка. Он ещё там.
«Да ну?! Совсем плохой, похоже, ничего путного я сегодня от него не узнаю. Надо срочно уходить!»
Ночь подходила к концу, когда Вейзо миновал мост Петлю, позволивший ему перешагнуть через канал. Он оставил позади брусчатку Ручейков и зашагал по истёртому тысячами ног дощатому настилу Хрящей. Оллат и Сарос застенчиво прятались за низкими облаками, предвещавшими скорую грозу.
По привычке втянув голову в плечи, Вейзо выбирал дорогу потемнее. О безопасности здесь никто никогда и не слыхивал; обитатели Хрящей быстро учились не привлекать к себе внимания, вот и онт старался держаться в тени домов и заборов.
Вскоре до него донеслись голоса. Вейзо прислушался: звук вроде бы приближался. Так и было. Вейзо нырнул в подворотню и притаился за выступом стены.
Он дождался, когда голоса стихнут, и вышел из укрытия, и нос к носу столкнулся с группой людей. Это было неожиданно, для всех. Их было шесть или семь — слишком много для схватки на открытом пространстве. Вейзо первый раз видел этих людей, но сразу понял кто перед ним — Подбиралы с канала — длинные черные куртки, кожаные по локоть перчатки и платки, закрывающие лица до глаз, у половины в руках стальные крюки, которые используют мясники. Подбиралы специализировалась на грабежах лодок, но не брезговали и людьми, и неважно было, богатей перед ними или нищий с паперти на Вольной. Деньги это великолепно, но не всегда найдёшь того у кого их можно отнять, есть нечто понадёжнее — Подбиралы торговали покойниками. В большинстве случаев сами их в это состояние и определяя. Цейлеры и алхимики с охотой покупали неискалеченные тела. Некоторое время Вейзо и его визави ошалело глядели друг на друга.
Ктырь первым пришел в себя. Он незаметно дёрнул правым предплечьем, и сурга скользнула из рукава прямо ему в ладонь.
— Я пройду, — стараясь придать голосу как можно больше спокойствия и решимости, сказал он. Удивительно, но ему никто не возразил, видимо опешили от такой наглости. Сделав несколько шагов вдоль стены, Вейзо бросился наутёк. Его поглотил туман, вовсе не обещавший безопасности.
Холодный ветер с канала ударил в грудь, засвистел в ушах. Давненько он так не бегал. Ктырь понимал, что поединок ему не выиграть; он об этом и не думал, ему только и надо было что оторваться и, перехватив инициативу, атаковать; он знал, что справиться с ними по одному, но Подбиралы не дали этого сделать, в буквальном смысле дыша ему в затылок.
Улица справа дробилась на кривые переулки и темные тупики Костяшек. По левую сторону канал, за которым бесконечные ряды дешевых кабаков и борделей.
«Мне туда, где-то здесь должен быть мост».
Тревожная мысль Вейзо билась, подобно рыбе в сетях, хотя на самом деле всё было до смешного просто: выбирай между позорным бегством и смертельной схваткой. И только он об этом подумал, как игра в догонялки резко перестала ему нравиться, — он выбирал схватку. Но по его правилам.
Он остановился и с яростным рычанием развернулся в сторону догонявших его Подбирал. Блеснуло вылетевшее из руки лезвие и первый, наскочивший на него, повалился в грязь.
Он не стал ждать других — развернулся и побежал. Остановился лишь, когда услышал шаги прямо у себя за спиной. Развернулся, резко скакнув в сторону, и сделал это как нельзя вовремя — стальной крюк готовый вонзиться ему в голову со свистом вспорол воздух у его правого уха, лишь слегка царапнув по плечу.
«Пыльца!»
Все произошло мгновенно — Подбирала, как разъяренный бык, ринулся на Вейзо. Онт нырнул ему под руку, и со всей силы ударил локтем в челюсть. Подбирала отлетел назад, поскользнулся в грязи и упал. Вейзо схватил крюк и метнул в следующего, и только после этого рванулся к мосту.
В одно дыхание, перелетев через одетый в камень вонючий канал, он свернул в переулок, затем в другой, налево, ещё раз, и ещё. И вдруг — тупик, обнесенный высокими стенами.
«Срань Хорбутова!»
Он замер. Никогда ещё в жизни ему не приходилось соображать столь быстро. Мысли молниеносно проносились в голове — в такт ударам взбесившегося сердца.
«Посмотри наверх», — прорезался голос у него в голове: странный, чужой, холодный. Совсем не такой что он слышал когда мысленно говорил сам с собой.
