– По-крайней мере, в её присутствии будет проще договориться, – Костанте склонил голову набок, пристально посмотрев на Нину и что-то прикидывая в уме, и заговорил в телефонную трубку. – Тётя? Привет…. Не хочешь на кофе к нам зайти после обеда, как жара отступит? Нет, нет, ничего не случилось…. Мирко обещался приехать, он получил дом деда…. Ага. Хорошо, ждём.
Следующие несколько часов Нина пытается занять себя бессмысленными делами, лишь бы унять волнение. Вернулась было к работе, но могла понять ни слова из прочитанного. Закрыла крышку ноутбука и решила делать что-то механическое, не требующее внимания. Сняла и закинула в стирку шторы, подмела и без того чистую плитку в патио, перестелила постели, подстригла цветы и рассортировала по ящикам игрушки Алессандро. Костанте наблюдает за деятельностью женой, не вмешиваясь, только посмеивается исподтишка. Он считает, что незачем переживать раньше времени, но понимает, что так жена успокаивает нервы, и не мешает. Я знаю, что скажет Мирко, и знаю, что для Нины новости станут ударом. Впрочем, у неё есть семья – выручит.
Амаранта, как обычно, пошла к племяннику пешком. Проходя мимо меня, она заметила, что Мирко оставил машину у въезда в мой двор, и о чём-то говорит с Адрианом. Вид у него хмурый. Он сложил руки на груди, расставил ноги на ширину плеч и смотрит в землю. Адриан весь будто горит. Размахивает руками, отступает назад, указывает куда-то рукой, отходит в сторону, возвращается на место. Мирко явно борется с собой.
– Мирко! – прокричала Амаранта с дороги и помахала ему рукой.
Этот мимолётный жест будто вырывает Мирко из тумана трудных мыслей.
– Я всё понял, – говорит он Адриану и уходит, оставляя того гадать, что именно он понял и что решит.
Нагнав Амаранту, Мирко взял её под руку.
– К Костанте небось идёшь?
– Ага, – улыбается Амаранта добрыми старческими глазами. – Ну, как ты?
– Ох, не спрашивай. Я превращаюсь в развалину вроде Картохина дома.
– Вот ещё! – Амаранта резко остановилась и повернулась к Мирко. – До развалины ещё далеко. И ты не один, семья поможет, знаешь?
– Знаю… Вернее, надеюсь.
Амаранта посмотрела ему в глаза очень по-доброму, всё понимающим взглядом. Кивнула, обещая поддержку, – мол, справимся! – и повлекла Мирко вперёд.
Нина полулежит в кресле в патио перед домом, приложив руку к виску, и дёргает ногой. Носок бьётся об ножку садового столика, отчего вода в стакане колеблется и отбрасывает на столешницу беспокойных солнечных зайчиков. Солнце почти село, даря последние лучи тепла. Широкая полоса жёлтого света стелется по земле меж домов, пронзает ветви деревьев, греет поверхность кофейного столика. Нина устала переживать по поводу того, с чем к ней идёт Мирко. Теперь она просто ждёт, готовая к любому его решению.
Увидев на повороте Мирко и Амаранту, Нина резво встала. Меланхолия слетела с неё, как пыль. Костанте вышел встречать гостей, снимая на ходу кухонный фартук. Он замешивал тесто для пиццы. Поприветствовав друг друга и обнявшись по-родственному, расселись за столиком.
– Что ж, ребята, – начал Мирко. – Не буду томить вас в неведении, не до того сейчас… Я получил дом.
Нина набрала полные лёгкие воздуха и шумно выдохнула. Конечно, она знает, что именно с такой новостью и приехал Мирко. Но чувствует, что это ещё не всё. Костанте коротко кивнул, Амаранта внимательно слушает.
– И что ты намерен теперь делать, дорогой? – спрашивает она, положив ладонь на руку Мирко.
– Тут такое дело… Мне-то уже потянуть такую махину. Слишком много времени и сил потребуется, чтобы восстановить Картохин двор и поддерживать его. Вся жизнь…. Которой у меня нет.
– Что ты такое говоришь? – тихо спрашивает Нина, качая головой. Мирко помолчал, глядя в какую-то точку перед собой, и решился.
– У меня Паркинсон, ребятки, и эта зараза быстро прогрессирует. Скоро я срастусь с садовым креслом и буду брюзжать, что старый дед. Вот так вот.
Костанте отвёл глаза в сторону. Амаранта склонила ставшую вдруг тяжёлой голову. Нина продолжает смотреть на Мирко.
– Болезнь неизлечима?
– К сожалению, нет, дорогая. Мне нужна будет сторонняя помощь.
– Понимаю…
– Нет, не понимаешь! – вскипел вдруг Мирко. – Я не смогу обслуживать себя сам, мне нужна будет сиделка, которая станет кормить меня с ложечки и менять штаны!..
Голос сорвался, Мирко закашлялся. Амаранта тихонько похлопала его по плечу.
– Тише, милый, тише. Не волнуйся ты так, спокойно… – и поспешила его отвлечь. – О чём вы там с Адрианом шептались?
Нина почуяла неладное и подалась вперёд, наморщив лоб. Терпи, милая…
– Адриан…. Хм. Адриан предложил выкупить Картохин двор со всеми землями хоть завтра.
– Да что ты!.. – ахнула Амаранта. – Каков…!
Нине показалось, что потемнело небо. В ушах стоит звон, за которым не слышно разговора и пения птиц. Амаранта шумит, возмущаясь предложением Адриана, Мирко пережидает грозу реакции, Костанте молчит, лихорадочно осмысливая новое положение.