Шалико покачнулся на месте, но из рук её не выпустил, и сильно-сильно зажмурился, вдыхая родной запах её волос. Он даже перебрал их пальцами, и Нино улыбнулась этому жесту нежности, всё ещё не отстраняясь. Его прикосновения оказались очень приятными.
– Я так скучала по тебе! – созналась она, когда они всё же разомкнули объятья. – Твой невыносимый кузен так надоел мне своим обществом! Он такой навязчивый!
– Да, твой отец только что мне всё сказал.
– В последний раз, когда он делал мне предложение, то начал рассказывать про любовь Афродиты и Ареса, что их застал за непотребствами Гефест. А потом наклонился, чтобы поцеловать, – прямо как Арес Афродиту!
– Что он сделал? – заикаясь, переспросил Шалико и весь побагровел. Руки сами сжались в кулаки, а язык заработал быстрее головы. Как он, должно быть, выдавал себя!.. Но не всё ли равно? – И ему удалось? Он поцеловал тебя?
– Я дала ему пощёчину, – с гордостью поведала Нино, замотав головой. – И отказалась выходить за него. Кажется, papa был очень рад.
– Гмерто чемо! – взмолился любезный друг, вознося глаза к небу. – Какое счастье!
Девушка сглотнула и почему-то спрятала глаза в пол. Неужели она стала… догадываться? Возможно, Георгий Шакроевич верно говорил и ему действительно следовало… намекнуть ей?
– У греков есть гораздо более красивый миф, – заговорил он после слишком неловкой паузы. – Про Орфея и Эвридику. Слышала?
Хорошенькое личико Нино осветила тёплая,
– Он спустился за ней в подземное царство, но, будучи совсем близко к спасению, потерял её вновь?
– Да, – согласился юноша, томно понизив голос. – Знаешь, я порой сравниваю себя с Орфеем и…
– Шалико! – вдруг перебила его княжна, будто не хотела, чтобы он сказал самые важные слова!.. – Нам срочно нужно обсудить тайну Тины. Ты ведь получил моё письмо о ней?
– Получил, – без особой охоты пробурчал Шалико и тяжело вздохнул, спрятав руки в карманы. Ах, когда же эта пытка всё-таки закончится? – Они ссорились и упоминали какую-то женщину.
– Нам нужно узнать, что они скрывают. Ты ведь со мной? – игриво спросила Нино.
Шалико вымученно застонал. Может, оно и к лучшему? После угроз Пето Гочаевича не стоило лезть на рожон. Лучше им и правда заняться Тиной, ведь сидеть без дела его озорная Нино просто не умела!
Поддержал бы он её? Её, этого неугомонного маленького чертёнка, что в упор не замечала его чувств или только делала вид, что не замечала? Эту сладкую муку, так крепко обнимавшую его, но при этом не подпускавшую слишком близко? Разве мог он быть с кем-то другим?
***
– Вай, эс инчем арел!45 – воскликнула красавица Наринэ, снимая с огня ароматный плов. – Ещё немного, и я бы его сожгла!
Достав из-за пазухи аккуратные рукавички, примерная супруга сняла с кастрюли крышку и с наслаждением вдохнула запах своего кулинарного творения. К мужу с минуты на минуту должны были прийти друзья, а их она просто не могла оставить без кушаний. Иначе что о ней скажут соседки-трещотки вроде Араратовны? Хозяйку, не умеющую создать уют в собственном доме, и вовсе таковой не назовёшь. Этому её научила ещё мать, с тринадцати лет готовившая своих дочерей к замужеству. Да, старшая дочь не оправдала её надежд, когда не пошла за сына богатого армянского купца из Тифлиса, что упорно к ней сватался, а отдала свои руку и сердце обедневшему грузинскому дворянину из Ахалкалаки. Зато откликалась на «ваше благородие» и жила в счастливом крепком браке вот уже несколько лет!.. А властная мать со временем смирилась.
«Хорошо, хоть не турок!» – причитала майрик46, открыто журя зятя.
– Радость моя, – хихикнул Резо и вышел к ней из спальни в одних трусах и сорочке, придерживая себя за пышный живот. Наринэ любовно улыбнулась мужу, когда он на цыпочках прошёл на кухню, обнял её сзади за талию и с нежностью поцеловал в шею. – Как же вкусно всё выглядит! Даже среди грузинок не найдёшь такой хозяйки!
На этом Резо стал хищно поглядывать на сушёный фрукт, что так соблазнительно лежал сверху над пловом, но его любезная цоли – или кник?47 – быстро пресекла все посягательства мужа, шлёпнув его по полной руке.
– Давай ты не будешь мне так откровенно льстить! – легко раскусила она его и захлопнула крышку кастрюли. – Мы же с тобой договаривались, что ты худеешь. К тому же это для гостей!
– Наринэ джан! – надул губы супруг, вглядываясь в её большие карие глаза, смотревшие и умно, и печально одновременно. – Да ведь они так много не съедят. Поставь пока лучше кофе!.. Готов поспорить, что лучше его никто не сделает даже на твоей родине!
Наринэ удовлетворённо пожала плечами, поставила плов на стол в гостиной, где уже успела по-хозяйски разложить тарелки и столовые приборы, и только после этого вернулась на кухню и стала колдовать над туркой.
