| His conduct will be observed and his discretion rewarded." | За его поведением будут наблюдать, и его благоразумие будет вознаграждено". |
| So ran the first, which seemed to be laboriously writ with the left hand. | Так гласила первая записка, которая, очевидно, была старательно написана левой рукой. |
| There was certainly nothing in these expressions to compromise the writer, even if that person could be found; the seal, which formidably served instead of signature, was affixed to a separate sheet on which there was no scratch of writing; and I had to confess that (so far) my adversaries knew what they were doing, and to digest as well as I was able the threat that peeped under the promise. | Разумеется, в этих словах не было ничего такого, что могло бы бросить тень на того, кто их писал, даже если бы он был обнаружен; печать, внушительно заменявшая подпись, была поставлена на отдельном, совершенно чистом листке; мне оставалось лишь признать, что покамест мои противники знают, что делают, и как можно спокойнее отнестись к угрозе, просвечивающей сквозь обещание награды. |
| But the second enclosure was by far the more surprising. | Вторая записка удивила меня куда больше. |
| It was in a lady's hand of writ. "_Maister Dauvit Balfour is informed a friend was speiring for him and her eyes were of the grey_," it ran-and seemed so extraordinary a piece to come to my hands at such a moment and under cover of a Government seal, that I stood stupid. | "Мистеру Дэвиту Бэлфуру сообщаем, что о нем беспокоится друг, у которого серые глаза" -- так было написано женской рукой, и меня так поразило, что эта записка попала ко мне в такую минуту, да еще с государственной печатью, что я просто остолбенел. |
| Catriona's grey eyes shone in my remembrance. | Передо мной засияли серые глаза Катрионы. |
| I thought, with a bound of pleasure, she must be the friend. | Сердце мое радостно вздрогнуло при мысли, что этот друг -- она. |
| But who should the writer be, to have her billet thus enclosed with Prestongrange's? | Но кто же написал записку и вложил ее в послание Престонгрэнджа? |
| And of all wonders, why was it thought needful to give me this pleasing but most inconsequent intelligence upon the Bass? | И, что самое непостижимое, почему кто-то счел нужным послать мне это приятное, но совершенно бесполезное сообщение насекалу Басе? |
| For the writer, I could hit upon none possible except Miss Grant. | Единственный человек, которого я мог заподозрить, была мисс Грант. |
| Her family, I remembered, had remarked on Catriona's eyes and even named her for their colour; and she herself had been much in the habit to address me with a broad pronunciation, by way of a sniff, I supposed, at my rusticity. | Я вспомнил, что три сестры неизменно восхищались глазами Катрионы и по цвету глаз даже дали ей прозвище; а сама мисс Грант, обращаясь ко мне, по-деревенски коверкала слова, очевидно, в насмешку над моей неотесанностью. |
| No doubt, besides, but she lived in the same house as this letter came from. | И, кроме того, она жила в том же доме, откуда была послана первая записка. |
| So there remained but one step to be accounted for; and that was how Prestongrange should have permitted her at all in an affair so secret, or let her daft-like billet go in the same cover with his own. | Оставалось найти объяснение еще одной странности: как мог Престонгрэндж посвятить ее в столь секретное дело и почему позволил приложить это легкомысленное послание к его собственному? |
| But even here I had a glimmering. | Но и тут передо мной забрезжила догадка. |
