Да… конечно, – растеряно сказал Кошкин и полез в карман за пачкой сигарет.
Спасибо, молодые люди. Я вам премного благодарен! А зажигалки у вас не найдётся? – его язык заплетался, а изо рта сильно несло перегаром.
Да, держите, – Кошкин раздражённо протянул сигарету и прозрачно-зелёную зажигалку.
Вот спасибо! – протянул человек, с наслаждением затягиваясь горьким дымом. – Я извиняюсь, что отвлёк вас…
Ничего страшного, – перебила его Мария.
Я обычно так к людям не подхожу, просто сами понимаете! Вышел на улицу, хлоп-хлоп по карманам, а ни огня, ни папироски…
Рады были помочь, – ответил Кошкин, и хотел было идти, но высокий человек продолжал говорить
А вы сами понимаете, такая жизнь, как тут не закуришь? Верно, говорю, парень?
Верно.
В армии служил?
Нет! Всего доброго.
Они почти бегом минули надоедливого человека и направились к невысокому кирпичному зданию в метрах пятнадцати от них. Мария неуклюже бежала на каблуках. Внезапно ей стало так хорошо рядом с ним. Её больше не смущала его компания, и хотелось, чтобы эта небольшая прогулка продолжалась как можно дольше. Спроси он её сейчас, и она бы, ни секунды не мешкая, согласилась идти и в кафе, и куда он только захочет.
Дима, вы умеете развлекать девушку, – смеялась она.
Я не виноват, Мария Антоновна! – оправдывался он. – Сами понимаете, он вышел на улицу и хлоп-хлоп по карманам, а ни огня, ни папироски.
Ну да! – продолжала смеяться она. – А вы сами понимаете, такая жизнь, как тут не закуришь?
Верно говорите, – Кошкин посмотрел в её голубые глаза.
В армии служили хоть? – сказала она и до ушей Дмитрия донеслись звонкие нотки её волшебного смеха.
Они зашли в кирпичное здание. Справа от входа находился кофейный бар. Мария и Дмитрий взяли себе по стаканчику капучино и какое-то время стояли у бара, шумно обсуждая встречу с этим нелепым человеком. Затем решили выйти на улицу.
Главное, если видим человека в пиджаке, собирающегося рассказать нам о тяжёлой жизни, сразу бежим! – сказала Мария.
Вам на каблуках будет ужасно неудобно, но мы попробуем!
Они вышли на улицу, и внезапный порыв ветра выбил кофейный стаканчик из рук Кошкина, всё оставшееся кофе выплеснулось на его чёрную кофту. Мария снова рассмеялась.
Дима, нам всё-таки следовало оставаться в кабинете!
Просто надо было соглашаться идти со мной в кафе, – смеясь, ответил Кошкин.
Солнечная погода сошла на нет. Сначала небо полностью затянули серые тучи, а после и вовсе полил настоящий ливень. Люди ускорили шаг, стараясь быстрее спрятаться от дождя. Мария дала Кошкину зонтик, и они пошли дальше, прижавшись друг к другу. Дмитрий чувствовал её нежную руку, совсем рядом со своей. Их лица, их глаза, их губы были так близко друг к другу.
Они оставили центр города позади и шли по почти пустым улицам в сторону Покровского парка. Несмотря на все старания Кошкина, Мария почти вся промокла под дождём. Он посмотрел на неё. Тушь потекла, и от того её глаза казались больше и темнее.
Боже, я, наверное, похожа сейчас на панду! – сказала она.
Вы самая красивая панда, которую мне довелось встречать! – засмеялся Кошкин.
Они остановились.
Туда нам нельзя! – сказала она робко.
Почему?
Там мой дом… – продолжала она тихо. – А значит, где-то может быть и муж…
Ах, муж… – прошептал Кошкин. – Давайте обойдём и расстанемся у парка.
Хорошо, – ответила Мария.
Они пошли в обход. Мария обеспокоенно вертела головой взад и вперёд, выискивая угрозы отовсюду. Кошкин старался изображать внешнее спокойствие.
Зря вы в кафе не согласились идти, – сказал он.
Вы меня очень сильно удивили, Дима, – ответила она. – Заранее предупредили бы, и я бы подумала.
Так подумайте сейчас! – воскликнул Кошкин. – Я вас зову в кафе. Давайте через неделю!
Ну, неделю я думать буду! – сказала Мария. – А почему вы хотите со мной пойти в кафе? – задавала она глупые вопросы, ответы на которые и так давно уже знала.
Просто так. Нам весело вместе! И почему бы не провести хорошо время?
Вы же знаете, что у меня есть муж, Дима? – посмотрела она на него.
Конечно, знаю, – улыбнулся он. – Мы сейчас от него прячемся.
И чего же вы добиваетесь?
Того, чего вы мне позволяете добиваться!
Что?
Вы и сами знаете. И вообще, будь я, например, женат, то я… – он замолчал, понимая, что может сболтнуть лишнего.
Что бы вы? – спросила она. – Что было бы, если бы вы были женаты?
Ничего, – отмахнулся Кошкин. – Вылетело из головы! – он засмущался. «Будь я женат, то я бы никогда не стал с вами так общаться», – вертелось у него в голове.
Скажите мне! Или я обижусь на вас!
Вот пойдёте со мной в кафе, и я вам всё расскажу!
Ну конечно! Решили меня любопытством взять!
Так вы пойдёте?
У меня есть неделя, чтобы подумать! – ответила Мария.
Они дошли до Покровского парка, где обычно прощались, когда Кошкин провожал её до дома. Мария стояла напротив него, прячась под зонтом от холодных капель весеннего дождя. Кошкин чувствовал холод её промокшей одежды и смотрел ей прямо в глаза. И снова их губы так близки друг к другу.
Мария Антоновна, у вас такие длинные ресницы! – сказал Кошкин. – А я раньше и не замечал, пока вас вблизи не рассмотрел!
