Томас говорит, что король и придворные выбрали себе по особому восклицанию, чтобы не говорить «Боже!» или «Святые черепушки!», как мы, обычный народ. Король говорит: «Божье дыхание!» Его сын говорит: «Божьи зубы!» Томас говорит: «Божьи стопы!» А поскольку я необычная, я тоже себе что-нибудь выберу. Буду пробовать по одному восклицанию каждый день и посмотрю, что подходит лучше. Сегодня будет «Божий лик!».
8-й день декабря, праздник святого Будока, который родился в море в бочонке
Божьи уши, как же холодно! Солнце льёт свой свет на мир фей, вырезанный изо льда. Снаружи никто не шевелится. Я думаю, что все твари земные сгрудились в нашем зале, так что я улизнула в свои покои. Очаг не горит, но я могу натянуть перину до подбородка и спокойно писать, пусть даже пламя свечи плюётся огнём и дрожит на ветру, и я дважды перевернула чернильницу.
Утром замёрзла вода у сороки, так что я накрыла все клетки платьями и накидками, чтобы моим птицам было тепло. Быть может, они решат, что сейчас ночь, пока Бог снова не согреет мир.
9-й день декабря, праздник святого Волфея, первого отшельника в Норфолке
Божьи колени! Один человек может носить только одно платье и один камзол за раз, так почему моя матушка и её дамы так возмущаются тем, что я накрыла птичьи клетки их запасными нарядами?! Поверить не могу, они хотят, чтобы мои бедные птицы замёрзли насмерть.
У меня сейчас достаточно времени, чтобы об этом подумать, ибо я заперта в верхней комнате, счищаю перья, зерно и птичий помёт с такого количества одежды, что хватит на французскую армию. Избавления мне не видать. Перкин занят со своей бабушкой. Элис в Лондоне с королём. Джордж и Томас сейчас не бывают дома, они ездят верхом, пьют и развлекают других, а не меня. Божьи колени, это всё равно что быть сиротой.
10-й день декабря, праздник святой Евлалии, девы и мученицы, которая плюнула в судью и была похоронена заживо
Божьи ногти, сегодня у Морвенны такое плохое настроение! Как только я открываю рот, она бьёт мне прялкой по костяшкам пальцев.
11-й день декабря, праздник святого Даниила, который прожил тридцать три года на верхушке столпа
Морвенна угрожает связать меня, как гусыню, и бросить в реку, если я продолжу подбирать идеальное восклицание. Божий подбородок! Она обращается со мной, как с ребёнком.
12-й день декабря, праздник святых Меркурии, Дионисии, Аммонарии и ещё одной Аммонарии, святых женщин, убитых язычниками
Я выбрала. Божьи большие пальцы! Сколько же времени я потратила на это решение. Я выбрала «Божьи большие пальцы», потому что они очень важны и часто пригождаются. Я думала составить список всего, чего я не могу без больших пальцев, например – писать, заплетать волосы и дёргать Перкина за ухо. Но теперь мне кажется, что это пустая трата бумаги и чернил, ибо я не могу придумать цели для такого списка. Разве что какой-нибудь язычник-турок переплывёт море и будет угрожать отрубить мне большие пальцы золотым мечом, а я смогу убедить его пощадить их, прочтя свою оду большим пальцам. Но поскольку маловероятно, что турок будет угрожать моим большим пальцам и что список его остановит, то я сэкономлю время и чернила и не буду его писать.
13-й день декабря, праздник святого Йодока, чьи волосы и борода росли после его смерти, и его последователям приходилось их подстригать
Сегодня опять буря. Джорджа с Томасом по-прежнему нет, но мы сгрудились здесь, будто куры в курятнике. Я старалась не попадаться на глаза Морвенне, чтобы она не дала мне заданий, достойных леди. И использовала это время, чтобы подумать и сочинить чудесную песню:
14-й день декабря, праздник святого Хигбальда, нашего линкольнширского аббата. Интересно, не родня ли он мне
Сегодня я в опале. С исколотыми пальцами, уставшими глазами и больной спиной, я скинула надоевшую вышивку по лестнице в зал, где её нашли и обслюнявили собаки, так что я отобрала у них промокшую тряпку и бросила свиньям.
