Я в восторге, печали и смущении. Я не могу говорить об этом с Элис, ведь именно она меня и смущает. Сегодня утром мы встретились на лугу. Я ждала там, пока солнце не взошло высоко, и когда Элис наконец-то пришла, на моём носу появилась тысяча новых веснушек. Лицо её раскраснелось, дышала она с трудом, и как оказалось – не только от жары и подъёма в горку. Отец сказал ей, что она выйдет за моего брата Роберта! Я обняла её в слезах, бормоча, что мы оказались в одной бочке с соленьями и можем сбежать вместе и устраивать кукольные представления на ярмарках, и к чёрту Косматоборода, его серебро и моё обещание. Элис только рассмеялась и закрыла мне рот рукой.
– Хватит щебетать, Пичужка, – сказала она. – Свадьба с Робертом – это моя идея.
А потом она завела песню про его сияющие глаза, сильные руки и соблазнительный смех. Роберт! Должно быть, её зачаровала какая-то ведьма, склонная к шуткам. Роберт! Я пыталась рассказывать ей о его мерзостях и полном звероподобии, но щёки Элис порозовели, она засмеялась и сказала:
– Да, я знаю, Роберт – настоящий мужчина.
Божьи большие пальцы! Роберт!
Так что я в восторге от того, что Элис станет моей сестрой, в печали, потому что я не смогу насладиться её обществом, но буду пленницей северного свина, который посылает невесте зубочистку и швейный набор, но более всего я смущена. Зачем Элис выходить за Роберта? А как же Джордж, которого она клялась любить до смерти? И кто такой Роберт – зверь, которого вижу я, или возлюбленный, которого видит Элис? Подлец, которого выдают поступки, или юноша, который нашёл дом для облезлого медведя, чтобы угодить своей младшей сестре? Я думаю, иногда люди похожи на лук. Снаружи – гладкие, цельные и простые, но внутри – кольцо за кольцом, сложные и глубокие.
13-й день сентября, праздник святого Иоанна Хризостома, архиепископа Константинополя, которого погубила вынужденная поездка в плохую погоду
После обеда я нашла Роберта и спросила, горюет ли он по своей бедной покойной жене и их ребёнку и как он может так скоро помышлять о женитьбе. Он велел мне не совать клювик в его дела и усмехнулся. Он потерял передний зуб. Хорошо.
Сегодня я закончила рисовать лицо малышки Элеанор на фреске в моих покоях. Быть может, когда она подрастёт, это будут её покои, и она будет вспоминать о сестре, которая здесь жила, спала и рисовала.
Лишь пять дней до Косматоборода.
14-й день сентября, возвращение Животворящего Креста в Иерусалим императором Гераклием Иудейским
Сегодня мы собирали орехи – грецкие, каштаны, лещину, в особенности выискивая двойные орехи, которые защищают от ревматизма и ведьминских чар. И пока мы их собирали, я представляла, как их будут есть – в соусах, пирожных и зажаренными на огне в ветреный ноябрьский вечер. Поверить не могу, что не смогу поучаствовать в этом, ведь меня тут не будет.
Четыре дня до Косматоборода.
15-й день сентября, праздник святого Адама, епископа Шотландского, которого сожгли заживо его же люди за повышение налога на коров
Три дня до Косматоборода.
Сегодня матушка позволила мне посмотреть в её зеркало из полированного серебра.
– Я должна знать, как сейчас выгляжу, – сказала я ей. – Я должна увидеть себя как себя ещё раз, пока не стала вынужденно леди Косматобород.
Она достала диск, развернув бархатные покрывала, и подержала передо мной. Мои глаза все ещё серые, а не голубые, а волосы каштановые, а не золотые. Веснушки никуда не делись, они усыпают мой нос и щёки, как пятнышки на яйце, но матушка говорит, что я вовсе не плохо выгляжу, когда не щурюсь и не дуюсь.
16-й день сентября, праздник святой Эдиты, девственницы, чей большой палец остался нетленным после её смерти
Я решила, что тоска по голубым глазам и золотым волосам, как у дев в песнях, ничего хорошего мне не несёт. Куда проще, думаю я, изменить песни, чем моё лицо. Так что я начала новую песню:
Закончу песню как-нибудь в другой день.
17-й день сентября, праздник святого Франциска Ассизского, который получил пять ран Христа
