Это была та самая пожилая дама, которая прогоняла журналистов и помогла Хайо и Мансаку удрать от Тодомэгавы.
– Китидзуру-сан на похоронах, – сказала она. – Когда кто-то умирает из-за проклятия, все делается быстро и тихо. Я думаю, вы в курсе, на чьи похороны он ушел?
Хайо молча кивнула. Мансаку взял ее за руку.
За поясом у дамы торчала длинная, как меч, линейка. Похоже, их молчание ее устроило.
– Удача действительно покинула Китидзуру-сан. Я знаю его. Он надеялся встретиться с вами – Хайо и Мансаку Хакай, правильно?
Хайо взглянула на Мансаку и кивнула:
– Это мы. Но откуда…
– Дзун-сан показывал ваши рефлексографии из Культурной экспедиции. Я Ритцу Оноэ, костюмер Син-Кагурадза. Мансаку-сан, Китидзуру-сан хотел побольше узнать о стеллароидах, которые вы ему передавали. Они очень обеспокоили его. Хайо-сан, у меня и для вас кое-что есть. Где я могу вас найти?
– Здесь. – Хайо достала из поясной сумки одну старую визитку, еще из Коура, и нацарапала на обратной стороне адрес квартиры, в которую они должны были заселиться уже завтра. – Мы будем здесь.
Ритцу взяла визитку обеими руками и прочла, беззвучно шевеля губами.
– Я вскоре зайду. – Потом она прошла мимо них и, выйдя в центр площади, подняла мегафон: – Вниманию всех представителей прессы, собравшихся здесь, как голуби в поисках дерьма теплым вечером: вы можете УБИРАТЬСЯ ВОН!!!
После переезда в новое – «вероятно, с привидениями» – жилище, подарков на новоселье и знакомства с соседями Хайо и Мансаку первым делом решили возжечь благовония в память о Дзуне.
У них не было других его снимков, кроме стеллароидов, запечатлевших прогресс его проклятия, однако в тот день Хайо наткнулась в букинистической лавке на экземпляр книги «Досье Хикараку Бара-Бара, часть 7: Человеческий пасьянс».
Дзуну нравился этот роман. Он привез его в Коура во время Культурной экспедиции и пугал (приводя в восторг) детей выразительным чтением отрывков. И всегда носил его с собой как нечто очень ценное.
– В чем дело? – спросил Мансаку, заметив, как Хайо уставилась на последний абзац пролога.
«…Так и закончилась еще одна странная история на залитых фонарным светом улицах Хикараку, где оживают мечты и умирают мечтатели».
Хайо уже видела эти строки – на том самом смятом листке, которым вытирала лицо.
Она вспомнила: Дзун говорил, что все досье Бара-Бара начинаются одним и тем же прологом. Фирменный знак серии.
– Ни в чем.
Они поставили чашу с благовониями на импровизированный алтарь. Хайо вдруг подумалось, что их кто-то отвлекает, что идти на зов адотворческой эн ради Дзуна – это такое оправдание, чтобы забыть о поручении демона и не искать хитоденаши на Оногоро.
Но Хайо – адотворец. Если эн тянет ее – она не может не следовать.
– Гомэн кудасай! – Входная дверь распахнулась, и в прихожую шагнули две женщины с оранжевыми повязками на рукавах. Хайо и Мансаку как раз доедали завтрак. Более высокая из женщин широко и радостно улыбнулась: – Добро пожаловать в Хикараку Айрис-Хилл!
– Ну все, любезные явились, – пробормотала Хайо себе под нос, и Мансаку метнул на нее косой взгляд.
– Хайо и Мансаку Хакай, правильно? – Высокая уже подкатывала рукава, открывая татуировку с изображением пузатенького бога ветров на предплечье. – Я Нагакумо Масу, хэнтё нашего хэна шестнадцать – девятнадцать – девять.
– Нашего… хэна?
– Местный общественный отряд. Мы занимаемся уборкой района, организуем фестивали, вносим свою лепту в строительные работы и так далее. Сейчас всё быстренько устроим. – Нагакумо щелкнула пальцами. – Дзуда, где приветственный паек?
Вторая женщина втащила на крыльцо доверху загруженную тележку.
Хайо и Мансаку в недоумении вскочили и бросились помогать. Мешки с рисом, банки с мисо, маринад нукадоко из рисовых отрубей, коробка яиц, здоровенный балык из тунца и пакет сушеной хурмы – все это быстро заполнило кухню.
Хайо в руки сунули «приветственный пакет»: там обнаружились график дежурств по хэну, карманная подзорная труба, аварийный фонарик, три платка, защитный талисман от Удзигами и с полдюжины бумажных бланков.
– Так, теперь разберемся с темными делами. – Нагакумо села скрестив ноги. – Ваш домовладелец сказал, что вы намерены вести что-то вроде частного прорицательского бизнеса.
– Мы адотворцы, – в лоб заявила Хайо.