– С того самого дня спасения из плена. – Авано медленно двинулась по кругу, и Хайо повторила ее движение, Нацуами вместе с ней. – Вот как Волноходец «спас» меня, Хайо-тян. Он не мог добраться до меня лично и потому пустил по воде грушу, навсегда изменив мою судьбу. Маленькую такую грушку, размером с боб адзуки. Ее прибило к лодке, и через трещины в бортах, через прорехи в шпаклевке она попала прямо ко мне. Я таких маленьких плодов в жизни не видала, не знала, что это, но верила, что Волноходец не мог прислать мне что-то ядовитое. И съела. И да – выбралась из камеры, обретя вместе с демоническим даром и этот водяной глаз, а потом – демонический голод, зубы и силу, которые позволили мне разорвать похитителей на части, спастись и вернуться на Оногоро. Что же меня выдало?
Хайо указала на Нацуами:
– У моего друга была тяжелая побочная реакция на твои пилюли в театре. В них мякоть хитоденаши, да?
– О, точно. – Авано потерла подбородок двумя пальцами. – Именно из-за странного припадка этой твари Волноходец утащил нас оттуда пораньше.
– Его уже кормили хитоденаши, – сказала Хайо, и Авано обомлела, переводя взгляд на Нацуами и обратно на Хайо. – Он чувствует ее. Волноходец специально делает для тебя эти пилюли. Чтобы сдерживать голод.
Авано подняла руки и зааплодировала:
– Умница, Хайо-тян!
– Сытые демоны способны оставаться в человеческом обличье и сохранять человеческий разум. – Они обе опять двинулись по кругу. Хайо не сводила глаз со рта Авано, ежесекундно ожидая увидеть шипастый язык. – Зачем тебе эти семена?
– Я буду делать то, что должна делать Авано Укибаси из «Укибаси Синшу». – Где-то на горе полыхнула молния, на мгновение превратив фигуру Авано в темный силуэт. – Я уничтожу любые свидетельства того, что Волноходец возделывал хитоденаши на Оногоро. Волноходец охраняет наши моря как Главный Бог Воды. Ни одно семечко не могло случайно попасть на этот берег без его ведома. Я сказала, что спасу Волноходца от его тайн. Я поступлю так и только так.
– Демон готов уничтожить семена хитоденаши?
– Прежде я была Авано с Оногоро, – сказала она срывающимся голосом. – И у меня есть доступ к синшу.
– А как же твои пилюли? Где-то же Волноходец хранит эти запасы груш, чтобы готовить твое снадобье? Разве это не подтверждает, что где-то на Оногоро выращивают хитоденаши?
– Все по порядку, Хайо-тян. Я готова к тому, что это испытание будет сложным и долгим, но я должна выдержать его ради Оногоро.
– Думаю, ты врешь.
– Думай что угодно, – тяжело вздохнула Авано, будто Хайо говорила глупости. – Итог все равно будет один. Нельзя, чтобы меня увидели – а тем более поймали – в демоническом обличье. Я – будущее компании по производству синшу. Именно синшу обеспечивает Оногоро свободу, так что моя жизнь равняется этой бесконечной независимости острова, где мы можем жить в свое удовольствие.
– Нет уж, с этим пакетиком семян все гораздо сложнее, – сказала Хайо. – Ты не хочешь, чтобы хоть одна живая душа знала про этот ваш с Волноходцем личный храм. Интересно, отчего же?
Авано выпрямилась, разогнувшись из своей странной скрюченной позы:
– Ладно. Когда я узнала, что Сжигатель утонул в Межсонье, я подумала, что это наш шанс выяснить, что же он здесь нашел. Но Волноходец и пальцем не шевельнул. Он тянул угря за хвост, потом извинился, и все. Ты в курсе, что он даже не имеет отношения к этому утоплению? Он бы и чихнуть не посмел в сторону храма своего любимого ручейка – что еще мне оставалось, кроме как взять все в свои руки? Этим я и занимаюсь.
Хайо кивнула:
– А я тут при чем?
– Я видела, что ты сможешь добыть то, что спрятал Сжигатель, если не смогу я, – улыбнулась Авано. – И я не лгала, когда говорила, что давно мечтала о подруге-ровеснице. Волноходец сообщил, что ты приехала сюда, спасаясь от бед на материке, и я подумала: почему бы и нет? Ты знала, что школу я закончила в Харборлейксе? Именно там я поняла, какими хотят видеть нас, удзинов, – эдакой клумбой цветочков со срезанными шипами, которые они будут срывать, красиво ставить на полочку и рассказывать, как милостиво они нами повелевают. Я решила, что нам непременно надо встретиться лично, Хайо-тян, – тем, кто видел внешний мир и знает, как он к нам относится. Ты можешь представить, как сильно я нужна Оногоро. – Она подняла руку, потом вторую, с зажатым в пальцах флакончиком. – А теперь давай-ка ты попросишь своего монстра стоять смирно, а сама отдашь мне семена? Ради блага Оногоро.
– Тянул? – Хайо прищелкнула языком и покачала головой. – Ты всерьез думаешь, что Волноходец именно тянул время?
– Я всерьез думаю, что это сейчас делаешь ты, – любезно улыбнулась Авано.
– К смерти братьев Макуни привели твои приказы?
– Приказы? Нет.