– Это потому, что вы не любите Русскую партию, отец, – ответил Бен, продвигая вперед коня.
– Мда, этим ходом ты похоронил все мои надежды, сдаюсь.
– Еще?
– Нет, три партии достаточно. Два-один, ты впереди. У тебя есть планы на вечер?
– Никаких, отец.
– Ты мало видишься со сверстниками.
– Мало кто умеет держать при себе свои мысли. Ребята нет-нет да и упомянут процесс.
– Мда, я иногда забываю об этом.
– Вы счастливый человек, отец.
– Просто у меня есть другие, более важные дела. Помни: цель в жизни помогает справиться со всеми невзгодами.
– Я запомню.
– Ну, если у тебя нет планов, – другим голосом сказал Халместер старший, – я предлагаю через часок сходить в пиццерию и поужинать.
– Не возражаю.
–
А потом… потом что-нибудь придумаем, чтобы вечер не был скучным.
Зазвонил телефон, Роджер поднял трубку:
– Халместер.
Он выслушал то, что ему сказал телефон, и ровным голосом сказал:
– Мы посоветуемся, и я перезвоню.
Потом положил трубку и посмотрел на сына. В глазах Бена было любопытство:
– Вы сказали: мы посоветуемся.
– Да. Звонил президент, он приглашает нас на семейный ужин.
– И что вы думаете?
– С одной стороны, мне не хочется идти, а с другой: вдруг мне хотят сообщить что-то важное.
– Если это важно, вам и так сообщат.
– Верно. Но ведь и делать нам нечего, просидим весь вечер в гостиной. Тебе интересно узнать, как живет президент?
– Пожалуй, да.
Пускай мальчик удовлетворит свое тщеславие, подумал Халместер. Потом он сможет небрежно бросить ребятам: а я на днях ужинал у президента. Решено, идем!
По дороге Халместер начал раскаиваться в своем решении. Наверняка это будет скучный вечер со светской беседой, и Бен будет слушать эту нудотину, терпеть и страдать. Хотя у президента есть дочь, кажется, она на год или два младше Бена. И что? Молодые будут сидеть за столом, страдать вдвоем.
Но опасения были напрасными, все прошло прекрасно. Жена президента оказалась радушной хозяйкой и милой собеседницей. Да и сам Халместер оказался на высоте. Неожиданно для себя, он вспомнил кучу интересных историй столетней давности из жизни разведки и весь вечер потчевал ими собеседников. Что же касается Бена и Джулии, то после первой смены блюд они ушли в комнату девушки и не появлялись до самого конца.
Было за полночь, когда гости распрощались.
– А он милый человек, – заметила хозяйка.
– Никогда бы не подумал, – признался президент, – я всегда считал – сухарь. А как вы провели вечер, Джульетта? Молодой человек произвел на тебя впечатление?
– Нам обоим нравится группа «Дискус», – серьезно ответила девушка.
Президент хотел еще подшутить над дочерью, но жена скомандовала:
– Всем спать! Завтра тяжелый день.
Вечерело, в доме Рокстера зажегся свет. Рокстер и Мэри сидели в столовой, пили чай.
– Мы пытаемся скроить из маленькой шкурки две шапки, – тоскливо сказал Рокстер, помешивая серебряной ложкой сахар.
– Дорогой, а тебе не кажется, что пора взглянут правде в глаза? – спросила Мэри. – Халместер загнал нас в угол, и самостоятельно нам не выбраться.
– Что ты предлагаешь?
– Просить помощи у правительства.
– Но взамен они потребуют…
– Да, условия будут кабальные. Но ты видишь другой выход?
Некоторое время Рокстер думал, потом набрал номер телефона:
– Грей, Рокстер. Хорошо бы встретиться.
– …
– Нет, только вы и я.
Грей спокойно выслушал предложение Рокстера.
– Я пришел к тем же выводам, – признался он. – Иного варианта нет, я все перепробовал. Я даже думал пожертвовать заселением одной планеты за счет других, но мы строили и заселяли планеты одновременно. Слишком много уже вложено в каждую из них. Нужно просить правительство о кредите. Вопрос, что они потребуют взамен.
По темным пустым улицам города несся сиреневый автомобиль.
– Жми, Джонни, – молил Карл, – уходят!
Джонни в ответ выругался сквозь зубы. Где-то вдалеке светился красный огонек мотоцикла, он все удалялся. Один поворот, другой, третий… Свернув в очередной переулок, журналисты обнаружили, что он пуст. Автомобиль проехал вперед, на первом перекрестке свернул наугад направо. Никого. Тогда Джонни резко затормозил. Автомобиль обиженно взвизгнул и остановился.
– Ушли, – констатировал Джонни.
– Не смогли догнать! – сокрушался Карл. – Эх ты, а еще профессиональный гонщик!
– Ты видел, как он гнал!? – разозлился напарник. – Там такой движок! Да что говорить, этот аппарат раза в два быстрее нашей машины.
– Это была Джулия, дочь президента, – не слушая его, стонал Карл, – а я не успел сделать ни одного кадра! Кстати, ты видел, что это за парень?
– Он же шлема не снимал! Это вообще могла быть девушка!
– Боже мой, какая могла быть статья! Две девушки на мотоцикле! Что это – любовь, или дружба!?.
В тихой улочке мотоцикл остановился, Джулия и Бен сошли на землю. Сняли шлемы, прислушались, не приближается ли погоня. Но все было тихо, гул машин мирно доносился с соседних улиц, не приближаясь. Тогда молодые люди взглянули друг на друга и рассмеялись.
– А ты лихач, – покачала головой девушка. – Как твой отец терпит?
