— Цветами, подарками задарил. Любая прихоть, никаких проблем не вызывала. А я молодая… дура! Он предложил, а я согласилась. Не могла не согласиться! Так и поженились. Потом в моей жизни Андрей появился… Он совсем другой. На Павла не похож. Ну и…
— А ребенок?
— Паша не знает, но Анечка не его дочь. Она от Андрея.
Вот это поворот. Мексика вместе с Бразилией в своих сериалах отдыхают! А Пашка-то встрял! Но дела семейные, в таких разборках он лишний. На аркане он Ирину в Москву точно не потянет. Сделав глоток, спросил:
— А почему же тогда Андрей за вас не заступился?
— Так ведь его сейчас в Киеве нет. Он в командировке, в Соединенных Штатах.
— Хорошо у вас военные живут. По заграницам мотаются!
— Он не военный.
— А китель с погонами?
— Он в специальных войсках служит. Разведка или контрразведка, я толком не знаю. Да мне и не хочется знать. Мы любим друг друга. Этого достаточно.
— Понятненько. Ира, я тебя попрошу… Ты не тяни, с утра Павлу отзвонись и объясни что к чему. Договорились?
— Хорошо.
— Твой мобильник далеко?
Достав из кармана телефон, положила на стол.
— Вот.
Без разговоров, Хильченков вскрыв коробочку, извлек из нее аккумулятор и симку. Береженого, Бог бережет. Телефон вернул обратно хозяйке. Та понимающе кивнула.
— Ложись спать.
— Хорошо.
— Да! Извини. Я воспользуюсь одеждой Андрея, а то сама видишь, обносился весь.
— Воспользуйтесь.
— Спокойной ночи.
Оставшись в одиночестве, при приглушенном свете, сидел уставившись в ночь за оконным стеклом, сопоставлял и структурировал собранную за время пребывания в Киеве информацию. Достав свой мобильник, на память набрал номер, отсутствующий в чреве телефона. На другом конце связи, откликнулись почти сразу:
— Слушаю!
Будто дразня кого-то, Хильченков произнес в микрофон:
— Пугу-пугу!
На другом конце откликнулись, ничуть не возмущаясь:
— Казак с лугу!
— Здрав будь, Федор! Не разбудил?
— Ты, Сергей?
— Я.
— Здравствуй, братка! Не разбудил. Рад тебя слышать. Как жизнь? Что нового?
— Да вот, звоню тебе из стольного города Киева.
— Кой черт тебя занес в то болото?
— Приватное дело.
— Помощь нужна?
— Пока нет. Вопрос к тебе есть.
— Говори.
— Интересует информация по личности Ван Альтена.
— Эк, тебя занесло! Чем тебя заинтересовал гражданин США?
— Он сейчас где-то в Киеве обретается.
— Так. Понял. Там где ты сейчас, интернет есть?
— Имеется.
— Позвонишь часов в девять утра и объяснишь, как тебе инфу сбросить.
— Тогда не прощаюсь. До связи.
Федор Мартыненко такой же, как и Сергей, брат-характерник. Хозяин неприметного дома в тихом переулке одного из районов Краснодара, основным местом работы которого был Кубанский аграрный университет, в нем он преподавал информатику. Хороший муж и отец. Тихий человек, у которого на первом плане дом-работа, работа-дом. Скромный трудяга. На самом деле — куратор братства характерников юга России. Занимающий в их структуре одну из главенствующих позиций. Он мог поверстать на выполнение порученной задачи любого из своих подопечных, мог направить в «горячую» точку и целое подразделение характерных бойцов. Многое он мог. Но самое главное, к нему стекалась информация о любом вороге, как для страны, так и для рода человеческого, ведь характерникам приходилось бороться со многим непознанным для людей, включая пресловутую нечистую силу, которую большинство людей принимали как миф.
Хильченкову этой ночью так толком поспать и не пришлось. Прибарахлившись из шкафа хозяина квартиры, проверил всех вынужденных ее насельников. Спали. Закрыв дверь ключом, спустился на лифте вниз. Выйдя на улицу, без проблем поймал такси. Люди в городе, не смотря на бедлам и разложение власти, зарабатывали на хлеб насущный. До центра доехал без приключений. Нырнув под уже знакомую арку, соединявшую два дома, услышал на противоположной улице привычный шум, доносившийся с майданной территории. До обоняния донесся запах жженой резины. Ублюдки жгли автомобильные покрышки. Прибавил шаг, через узкий арочный проход вынырнул в «колодец» двора с аркой на противоположной стороне. Постоял, вслушиваясь прежде всего в себя. Опасности не было. Ощупав стену, нашел трещину у основания фундамента, поковырявшись, извлек из нее пакет, выпрямился. Вдох, выдох. Вот и все. Вышел из арки под свет фонарей.
Кончились времена охоты на ведьм — теперь ведьмы охотятся на нас.
Телефонный звонок вырвал из «разгуливания» по сети, заставив оторваться от любимого занятия во время несения службы в ночную пору. Взгляд, брошенный на собственный телефон, соответствовал разглядыванию ядовитой змеи. Вкладывая весь негатив, чертыхнулся, в конце концов подвел мысли к нормативной лексике:
«Кому там неймется? Совсем спятили, в такое время звонить!»
