Хирургический выбор полностью

Следующие три дня Даниэла с Джерардо почти не виделись. Джерардо вернулся к работе, и утром, когда Даниэла уходила в клинику, он еще спал, а вечером приходил поздно, быстро принимал душ и исчезал в спальне. Он возвращался уставшим, на вопросы отвечал односложно, сам ни о чем не спрашивал. Иногда Даниэле начинало казаться, что он ее избегает и вообще не переносит. Но потом она ловила на себе задумчивый пронзительный взгляд, от которого сердце в ее груди начинало трепыхаться, как птица в клетке, и ее охватывала эйфорическая радость.

Когда он закрывался в спальне, Даниэла тоже выключала свет, забиралась под плед и некоторое время не могла уснуть. Она со всей явственностью поняла, что Джерардо ей нравится отнюдь не как друг. Она видела в нем мужчину, в которого она была способна влюбиться. А точнее – уже влюбилась. Это открытие повергло ее в шок. Даниэла прекрасно понимала, что ее чувства не только безответны, но еще и кощунственны! Он только что потерял жену, которую безумно любил, и мечтать об отношениях с ним просто чудовищно. Самым логичным было бы вернуться к Алессио и попытаться выкинуть из головы все эти абсурдные порывы.

Утром Даниэла поднялась с кровати и отправилась варить кофе. Вчера она почувствовала себя плохо, ей показалось, что она заболевает. Увидев, что в графике основной деятельности у нее намечен выходной от консультаций и плановых родов, она решила вовсе не приходить в клинику. Не без колебаний, конечно.

Проводя в палате интенсивной терапии немало часов в день, она не на шутку привязалась к малышке. Она не могла себе представить ни дня без того, чтобы не почитать ей книгу, не приложить к животу руку и не почувствовать ее движения. Временами Даниэле казалось, что это она беременна, но потом она мысленно называла себя сумасшедшей и, стиснув зубы, отходила от койки.

Вчера она провела УЗИ. Шла двадцать девятая неделя, нужно было проверить, как развился плод за прошедшие три недели, и, при необходимости что-то подкорректировать. Но такая необходимость отпала: плод по всем показателям держался в пределах нормы, уверенно набирал вес и развивался. Скрепя сердце Даниэла приняла решение остаться дома, чтобы, если вдруг она заболеет, не притащить в эту священную палату инфекцию.

Правда, с утра она почувствовала себя значительно лучше. Возможно, десятичасовой сон оказался таким целительным.

– Ты сегодня выходная? – раздался за спиной хриплый голос, когда Даниэла задумчиво смотрела на струйки кофе, льющиеся из кофе-машины. Она вздрогнула, резко обернулась и встретилась взглядом с Джерардо. Сердце ее дернулось и заплясало в груди. Впрочем, в карих глазах тоже отразилось волнение. Но Джерардо попытался скрыть свои чувства и натянуто улыбнулся. – Buongiorno.

– Buongiorno, – поприветствовала Даниэла. – Да, я выходная. Будешь кофе?

Джерардо одарил ее странным взглядом, потом иронично приподнял бровь.

– Мне уже можно?

Даниэла замерла. «Кажется, я совсем потеряла голову…» – в панике подумала она. Мозг лихорадочно заработал. Надо было срочно выбираться из этого конфуза.

– Нет, но я решила проверить твою способность противостоять соблазнам, – съязвила она, краснея.

Джерардо лишь усмехнулся, ничего не сказав.

– А ты? Идешь на работу? – решила Даниэла замять тему.

– Сегодня понедельник, – снисходительно ответил Джерардо.

– И что?

– Сотрудникам ресторана тоже надо иногда отдыхать. В Перудже владельцы таких заведений договорились и сделали выходным днем понедельник, – пояснил он.

– Не знала… И какие планы на выходной? – невинно улыбнулась она.

Джерардо помрачнел и несколько мгновений смотрел на нее с невыразимым отчаянием. А в голове Даниэлы сверкнула идея. Она пришла ей в голову уже давно, только Даниэла не знала, как ее реализовать, а теперь судьба сама предоставила ей шанс! И, конечно, Даниэла вознамерилась им воспользоваться, прекрасно понимая, что ее задумка в высшей степени садистская.

– У тебя есть какие-то интересные предложения? – вдруг спросил Джерардо, но Даниэла уловила нервозные нотки в его интонации.

– Разумеется! – с воодушевлением ответила Даниэла, беря в руки чашку с кофе и выключая кофеварку.

– Послушай, а не ты ли говорила, что работаешь нынче без выходных? – пригвоздил он ее неожиданным вопросом, в котором явственно прозвучал сарказм.

Даниэла сделала один судорожный глоток горячего кофе и обожгла себе язык. Но вида не подала.

– Мой организм не выдержал. Вчера я думала, что заболеваю, а поскольку по графику у меня сегодня выходной, я решила не рисковать здоровьем твоей дочери, – ответила она холодно.

Джерардо отвернулся и, схватив чайник, принялся наполнять его водой.

– Тебя по-прежнему не интересует состояние твоей дочери? – спросила Даниэла мягче.

Джерардо оглянулся и одарил ее убийственным взглядом. Даниэле в самом деле показалось, что, если бы его глаза могли метать молнии, он бы непременно воспользовался таким даром. Впрочем, Даниэла и без того ощутила, как его взгляд будто обжег ее.