Даниэла принялась за процесс, время от времени бросая взгляды на Джерардо. Он увлеченно возился с шоколадом и, казалось, совершенно забыл обо всем на свете. В какой-то момент Даниэла, помешивая в ковшике густую темную массу, засмотрелась на его умелые движения и чуть не сожгла свой шоколад. Благо Джерардо поднял голову, возможно, почувствовав на себе ее взгляд, и в упор посмотрел на нее. У Даниэлы чуть сердце из груди не выпрыгнуло от его проникающего взора. Она покраснела и опустила голову, как раз вовремя: еще чуть-чуть – и ей пришлось бы отскребать от дна ковшика шоколадные поджарки.
Сняв шоколад с плиты, Даниэла залила им формочку, в ячейки которой положила кусочки клубники. Пока ждали, когда шоколад застынет, ведущий угостил всех конфетами. Джерардо взял одну и, лукаво взглянув на Даниэлу, начал медленно подносить ее ко рту. Она сделала страшные глаза и молниеносным движением выхватила у него конфетку. Джерардо скривил страдальческое лицо и понуро опустил голову, с трудом пряча улыбку. Это не ускользнуло от взгляда ведущего, и когда курс был завершен, а гости музея, взяв свои изготовленные конфетки, потянулись к выходу, он на мгновение задержал Даниэлу и Джерардо. В руках он держал крошечный поднос, на котором лежала коробочка в виде синего сердца с надписью «
– Полагаю, вы еще помните о Луизе Спаньоли, сильной и очень креативной женщине, придумавшей рецепт волшебных «поцелуев»? – лукаво улыбнулся ведущий.
– Которые вовсе не были поцелуями, а скорее напоминали кулак, – скептически заметил Джерардо.
– Вы совершенно правы! Орешек наверху этой конфеты напоминал кулак, потому Луиза так и назвала свое творение: «
– Несомненно, – непроницаемо ответил Джерардо.
– Синьор, – подался вперед ведущий курса и понизил голос, – когда вечером вы расположитесь в гостиной, откроете вино и начнете поглощать приготовленный сегодня шоколад, а ваша возлюбленная вырвет его из ваших рук, вы сможете попросить у нее поцелуй взамен самодельной конфетки. Или предложить ей свой поцелуй.
Сердце Даниэлы практически остановилось. Она чувствовал невыносимый жар на щеках и непреодолимую дрожь в коленях.
– Я не люблю шоколад, – криво улыбнулся Джерардо. – Потому с удовольствием отдам ей свои конфеты без всяких поцелуев. К тому же, она моя сестра, – добавил он резко.
– Простите, я… не знал… – ошеломленно пробормотал мужчина.
– Ничего, – вымученно улыбнулся Джерардо. Потом взял с подноса синее сердце. – Это тебе, – протянул он Даниэле. – Обменяешь на поцелуи кардиохирурга.
Сердце Даниэлы вмиг потяжелело, став словно каменным. Она закусила губу и, неимоверным усилием заставляя не дрожать руку, взяла коробочку с конфетами.
– Понравилось? – с показной беззаботностью спросил Джерардо у Даниэлы, когда они сели в машину.
– Да, – ответила Даниэла коротко. Она еще не успела прийти в себя, хорошее настроение безвозвратно испарилась, но, разумеется, она умела отлично владеть собой и вида подавать не собиралась. Даниэла и так прекрасно понимала, что Джерардо не смотрит на нее, как на женщину, об этом даже и мечтать не стоило, но когда он практически сказал ей это в лицо, стало больно. Теперь предстояло принять эту горькую правду и смириться с ней. А в тот момент нужно было сделать вид, что ничего не произошло и продолжать безупречно выполнять свою роль друга-медика. – Ты правда не любишь шоколад? – спросила она.
– Правда, не люблю, – подтвердил Джерардо. – Но экскурсия была очень интересной, спасибо, что пригласила.
Он вырулил с парковки на дорогу. Где-то в конце улицы над городом нависли подозрительные тучи: они были блекло-серого цвета, но почему-то казалось, что их безобидность обманчива.
– Куда едем? – осведомилась Даниэла.
– Домой, нет? Сразу предупреждаю, что обедать в ресторан я не пойду, – сардонически улыбнулся Джерардо. – Но тебя могу куда-нибудь подкинуть.
– У тебя же есть бульон в термосе. Поедем в центр, – предложила Даниэла.
– Зачем? – прозвучал в голосе Джерардо едва уловимый страх.
– Прогуляемся, – ответила Даниэла, пристально глядя на него. Она увидела, как он сильнее сжал руль. – Если не хочешь гулять со мной, не бойся обидеть меня отказом.
Джерардо метнул на нее скользящий взгляд, в котором снова сверкнуло непонятное мучительное выражение. Несколько мгновений он молчал, и Даниэла буквально читала на его лице о развернувшейся жестокой внутренней борьбе, только она никак не могла понять причину.
– Куда именно ехать? – угрюмо спросил он.
– Джерардо…
– Дани, без возражений, прошу тебя! – взмолился он. – Я согласился не потому, что боюсь обидеть тебя отказом, – сказал он жестко.
– Но ты явно переступил через себя.
Джерардо вздохнул.
