Алтуда оставил всех пятерых серых лошадей привязанными к сухому дереву у края воды. Когда Хэл посмотрел мимо них на следующую крутую ступень русла, он понял, почему животные брошены здесь: они уже не могли пробираться по этой головокружительной тропе. Щель между горами превратилась в узкое горло над его головой, и Хэл ощутил укол неуверенности, когда окинул взглядом опасный маршрут, которым ему предстояло следовать. Но другой дороги не было, потому что ущелье дальше превращалось в ловушку, не имевшую выхода. Пока Хэл колебался, далеко позади раздался еще один выстрел, а за ним — гневные крики.
— Эболи подстрелил еще одного, — вслух сказал Хэл, и его голос отдался причудливым эхом от высоких скал. — Теперь оба мушкета разряжены, ему придется бежать.
Но Эболи дал ему передохнуть, и Хэл не посмел зря потратить эту возможность.
Он потащился к невероятно крутой тропе, перетаскивая больную ногу через блестящие, отполированные водой камни, скользкие и опасные, покрытые мокрыми водорослями.
Его сердце тяжело колотилось от изнеможения, он ободрал ногти до крови, но прополз последние несколько футов вверх — и добрался до края узкой горловины ущелья. Здесь он упал плашмя на выступ и заглянул за край. Он увидел, как приближается Эболи, без колебаний прыгая с камня на камень, — в каждой руке он держал по мушкету и даже не смотрел под ноги, чтобы оценить опасность валунов.
Хэл поднял голову, глядя наверх, сквозь последнее отверстие в провале, и понял, что день подходит к концу. Скоро должно было стемнеть, верхушки деревьев уже отливали золотом в косых лучах солнца.
— Сюда! — крикнул он вниз.
— Двигай дальше, Гандвана! — прокричал в ответ Эболи. — Не жди меня! Они уже близко!
Хэл обернулся и окинул взглядом круто падавшее вниз ложе ручья. На протяжении следующих двух сотен шагов он будет полностью на виду: если они с Эболи попытаются продолжить подъем, Шредер и солдаты не промахнутся, метя им в спины. И прежде чем они доберутся до следующего укрытия, их уничтожат мушкетным огнем с близкого расстояния.
«Нужно остаться здесь, — решил Хэл. — Мы должны задержать их до наступления ночи, а потом попытаться ускользнуть в темноте».
Он принялся торопливо собирать камни из русла ручья и складывать их вдоль края выступа. Посмотрев вниз, Хэл увидел, что Эболи уже находится у подножия каменной стены и начинает быстро карабкаться вверх.
Когда Эболи преодолел полпути, оставаясь полностью на виду, издали из темнеющего ущелья раздался крик. В сумерках Хэл увидел фигуру первого из преследователей. Потом последовали вспышка и гром мушкетного выстрела, и Хэл тревожно всмотрелся вниз, но Эболи продолжал быстрый подъем.
Теперь дно ущелья уже кишело людьми; выстрелы гремели один за другим, в ущелье гулко гудело эхо. Хэл рассмотрел внизу Шредера: его белое лицо выделялось среди более темных лиц, окружавших его.
Эболи добрался до верха каменной стены, и Хэл помог ему взобраться на выступ.
— Почему ты не ушел, Гандвана? — выдохнул Эболи.
— Некогда болтать. — Хэл выхватил из его руки один из мушкетов и начал перезаряжать его. — Мы должны удержать их там до темноты. Заряжай!
— Порох почти кончился, — заметил Эболи, действуя шомполом. — Осталось всего на несколько выстрелов.
— Значит, мы должны стрелять очень точно. Потом будем бросать в них камни. А после этого возьмемся за сабли, если понадобится.
Зеленые мундиры внизу открыли шквальный огонь, и мушкетные пули зажужжали вокруг голов беглецов, ударяясь о камни. Хэлу и Эболи пришлось залечь на выступе, но каждые несколько секунд они приподнимали головы и кидали быстрые взгляды вниз, на стену.
Шредер заставил большую часть своих людей стрелять непрерывно, оставив нескольких для постоянной перезарядки мушкетов, чтобы солдаты были готовы стрелять по его команде. Похоже, что самых крепких при этом он выбрал для того, чтобы те полезли на стену, а его снайперы не давали Хэлу и Эболи защищаться.
Первая волна — с десяток или около того скалолазов — взяли с собой только сабли; бросившись вперед, они полезли вверх по скале. А как только головы Хэла и Эболи показывались над камнями, звучали оглушительные залпы, мушкеты в сумерках изрыгали огонь.
Хэл не обращал внимания на пули, что летали вокруг и врезались в камни под ним. Он выставил из-за укрытия дуло своего мушкета и прицелился в ближайшего скалолаза. Это оказался один из белых, капрал-голландец. Дистанция сыграла юноше на руку. Пуля Хэла ударила преследователя в рот, раздробив зубы и челюсть. Капрал не удержался на скользких камнях и упал назад. Он сбил троих, что поднимались следом за ним, и все четверо разбились об острые камни внизу.
Эболи тоже выстрелил, и еще два зеленых мундира слетели вниз. Потом они с Хэлом схватили пистолеты и опять выстрелили, и еще раз, очищая стену от скалолазов. И вот уже остались лишь двое, они беспомощно цеплялись за какую-то расщелину на полпути наверх.
