Холодное пламя полностью

– Миссис Линк и миссис Трент записались в твою группу, – хохочет Лола, прижимая к животу книгу с интересным названием «Садись, прокачу». Стесняюсь спросить: на чем именно там катаются? – За этим становится все интереснее наблюдать. Может быть, за миссис Трент и Грег подтянется? – Она поигрывает бровями.

Я усмехаюсь и ложусь на небольшой диванчик при входе в студию. Перекинув ноги через подлокотник, заплетаю бахрому на своей юбке в маленькие косички. Это ужасная привычка сохранилась у меня с самого детства. Когда я была маленькой, то очень нервничала перед каждой тренировкой, поэтому плела эти косы, которые потом приходилось распутывать, как колтуны на волосах.

– Она будет в одной группе с Мией?

– Да, – коварно отвечает Лола.

Я ахаю.

– Ты специально записала ее к ней в группу? Какая ты ужасная… – хихикаю. – Они подерутся еще на разминке. О боже, а вдруг Мия снимет туфлю и…

Колокольчик на двери оповещает о посетителе.

Я запрокидываю голову, смотря вверх ногами на недовольного Ричарда.

– Что случилось?

Удивительно, но мне уже удается без слов понять настроение Ричарда. Возможно, это потому, что наша мимика слишком похожа. Он так же, как и я, хмурит одну бровь, когда чем-то встревожен. И именно сейчас эта одна бровь очень напряжена.

– Ты не была на физиопроцедуре. – Он упирает руки в бока. – Один раз, Лили! Один раз я не проконтролировал, и ты…

– Не повышай на меня голос. – Я встаю с дивана и складываю руки на груди, потирая плечи.

Знаю, что Ричард навряд ли набросится на меня, как озлобленные дети в приюте, но мне все равно хочется защититься. Это движение стало настолько отрепетированным, что зачастую я даже не замечаю, как все еще скукоживаюсь. Хотя мне, на секунду, двадцать семь лет. Я должна уже сто раз исцелиться и жить нормально.

– Ты не имеешь никакого права так со мной разговаривать.

– Я твой тренер, Лили. Твое здоровье – моя ответственность. Да, я злюсь. Да, я кричу, черт возьми. Но только потому, что переживаю. Я знаю, какого это – отказываться от мечты. Знаю, как больно прощаться с тем, к чему шел всю жизнь. – Его грудь вздымается, а руки сжаты в кулаки. – Так что да, я забочусь о тебе. И о твоей спине, которая может подвести тебя в самый неподходящий момент, если ты не закончишь лечение.

Он разочарованно качает головой и уходит в свой кабинет.

Я опускаю руки и плюхаюсь на диван.

– Я облажалась, не так ли? – Поворачиваюсь к Лоле, которая делает вид, что «Садись, прокачу» – самое увлекательное чтиво в ее жизни.

Она нехотя отрывает взгляд, будто ее не впечатлило, что рядом с ней взорвалась часовая бомба в лице Ричарда.

– А?

– Прекращай, ты же слышала. Мы были буквально в паре метров от тебя.

Она вздыхает и откладывает книгу.

– Ненавижу быть свидетелем чужих конфликтов. Я ощущаю себя… лабрадором?

Я хмурюсь, не понимая, к чему она клонит.

– Странное сравнение, но допустим.

Она закатывает глаза.

– Ну знаешь, лабрадоры, такие добрые милые собачки, которые сидят между своими хозяевами с глазами на мокром месте, когда те бросаются друг в друга посудой.

Я моргаю. Затем еще раз моргаю.

– Ох, Лили. – Лола хлопает по стойке ресепшена. – Я просто ненавижу конфликты, ясно? Мне хочется сразу кого-то пожалеть, зализать, как лабрадор, а для этого придется принимать чью-то сторону. Делать выбор. Говорить свое мн… Короче, все, неважно.

Она прекращает свой поток слов, вновь утыкаясь носом в книгу. Я начинаю думать, что Лола сбегает в свои выдуманные миры каждый раз, когда на нее слишком давит этот… реальный. С кучей проблем и вопросов, на которые люди хотят знать ответы.

Она вновь выглядывает из-за книги.

– Ладно.  Да, ты облажалась. Но и он облажался. И слава богу, что вы оба виноваты.

Да, ведь ей тогда не придется делать выбор. 

Лола завязывает свои светлые, слегка розоватые, волосы в пучок, а затем засовывает в него карандаш, которым обычно делает заметки на полях книг.

– Но у меня уже ничего не болит. Сегодня была последняя процедура. Я решила, что ничего страшного не случится. И, если честно, я всю ночь смотрела сериал и просто не смогла поднять себя в семь утра с кровати.

А еще из моих мыслей не выходил горячий сосед, который лежал прямо за стеной. Возможно, моя рука скользнула пару раз на юг, чтобы эта проклятая пульсация между бедер наконец-то притупилась.

 Спойлер: не помогло.

– Сделай, пожалуйста, кофе. Пойду замаливать свои грехи. – Хлопнув себя по бедру, встаю с дивана.

Лола улыбается, затем делает кофе и передает мне.

Я стучу в дверь, а в другой руке так крепко сжимаю блюдце, что еще чуть-чуть и оно треснет. Вот так все будет? Мы всегда будем как кошка с собакой?

Только я начинаю думать, что волнение моря успокаивается, так нас вновь настигает шторм. А может, это только я тревожусь? Вероятнее всего, для Ричарда это просто рабочие моменты. Он не переживает так, как я. Не прокручивает в голове тысяча один вопрос и исход событий.

– Входи, Лили, – доносится из-за двери.

Я открываю дверь и захожу.

– Как ты узнал, что это я, а не Лола?