— Огастес! — прикрикнул Конрад. — Брюнхильда, пожалуйста, вы не могли бы рассказать, что конкретно произошло в вашей комнате?
Брю закрыла глаза. Ее руки, лежащие на столе, дрожали.
— Может, не нужно допрашивать ее вот так, при всех? — впервые вмешалась в разговор Вероника.
На нее никто не обратил внимания. Поняли только Тимофей и Оскар, но и они промолчали.
— Он пришел ко мне, — сказала Брю, не открывая глаз. — Лоуренс. Принес вино…
— Предложил отметить смерть сестры, — добавил Огастес.
— Огастес, пошел вон отсюда, — все так же ровно, не повышая голоса, сказал Конрад.
— Чего? — искренне изумился водитель.
— Ты меня услышал. Уйди, ты не помогаешь. Выпусти лучше Генриха. — Конрад вынул из кармана связку ключей и бросил их водителю.
Пробормотав себе под нос ругательство, Огастес резко отодвинулся от стола, ножки стула проскрежетали по полу. Конрад подождал, пока Огастес выйдет, и обратился к Брю:
— Продолжайте, прошу.
Та замялась. Неловко сказала:
— Мы с Лоуренсом немного выпили, поговорили. А потом… Потом… Ну, вы понимаете…
— Потом вы занялись сексом, — сказал Тимофей тем же тоном, которым сказал бы: «Вы сели играть в шахматы».
Брю покраснела:
— Я не знаю, что на меня нашло…
— Стресс плюс алкоголь, — любезно пояснил Тимофей. — Плюс — напористость Лоуренса. Это, впрочем, в данной ситуации не имеет значения. Что произошло дальше?
— Дальше… — Брю облизнула пересохшие губы. — Открылась дверь… Наверное. Я этого не слышала и не видела.
— Почему? — спросил Тимофей.
Брю вместо ответа мучительно покраснела.
— Да потому что ей было не до этого, колода ты бесчувственная! — не сдержалась Вероника. — Когда люди занимаются сексом, они не очень-то смотрят по сторонам. А Лоуренс загораживал ей обзор. Он был сверху. Так? — Она нажала на планшете нужную кнопку и повернула планшет к несчастной Брюнхильде.
— Да, — выдавила та. — А потом… Ну, в общем, потом — я увидела, что дверь открыта. Лоуренс, он… Он вскрикнул и упал на меня. Мне пришлось его столкнуть. У меня на руках оказалась кровь, я почувствовала это. Заметила нож, закричала. А он убежал.
— Кто убежал? — спросил Конрад.
— У-убийца, — пролепетала Брю.
— Ты его видела? — подобрался Тимофей. Он буквально вцепился взглядом в лицо Брю, и Вероника почувствовала себя ненужной преградой.
— Только силуэт, — сказала Брю. — Только… Там было темно, понимаете? А он сразу убежал. А потом пришел Оскар. Я даже подумала, что это убийца вернулся, снова заорала, как ненормальная. Но потом Оскар включил свет, и…
— Сколько времени прошло между тем, как убежал убийца и появился Оскар? — спросил Тимофей.
Брю открыла глаза и недоуменно посмотрела на врача.
— Ну… Секунд пять… наверное. Получается, что вы должны были с ним столкнуться?
— Я никого не видел, — быстро сказал Оскар. — Этой ночью я дежурю. Я вышел в столовую из медпункта и услышал крик. Тут же побежал в коридор, но там никого не было.
— Значит, убийца забежал в одну из комнат, — сказал Конрад.
— Брюнхильда закричала, когда убийца еще был в ее комнате, — возразил Тимофей. — Следующая комната — Вероники, там были она и я. Дальше — опечатанная и запертая комната Габриэлы, потом — моя, я ее запирал перед тем как уйти. Комната Лоуренса была последней по коридору, и она тоже была заперта, я проверил.
— Да, но… Тогда… — пролепетала Брю, и затряслась уже всем телом, глядя на Оскара. — Тогда…
Вероника почувствовала, как кровь отливает от лица. Вспомнила, как она непринужденно болтала с Оскаром — кажущимся таким приветливым. Как ходила с ним в гараж и обратно. Один на один с убийцей…
Все разрозненные кусочки головоломки внезапно сложились в единое целое. Врач, который говорит на русском и на немецком, оказался на станции, куда приехали русские и немецкие туристы. Совпадение? Слишком невероятное!
Оскар — из Мюнхена. Он мог и присылать Брю анонимные письма, и знать про Тимофея и отвертку. И уж совершенно точно мог следить за карьерой Тимофея и его передвижениями.
Теперь Оскар почему-то смотрел на Веронику, приоткрыв рот. Как будто обвиняющие слова произнесла она. «Что ему от меня нужно? — пронеслось в голове. — Какого черта он таращится на меня?!»
Конрад первым пришел в себя.
— Оскар… — начал он.
— Нет!
Оскар буквально выпрыгнул из-за стола. Стул, на котором он сидел, полетел в угол, а Оскар стремительно увеличил дистанцию между собой и людьми. Теперь стало очевидно, как удачно он выбрал место — ближе всех к выходу, будто знал, чем все закончится.
— Оскар, подожди! — Конрад поднял руку, моментально переключившись из режима «суровый начальник» в режим «добродушный дядюшка». — Мы сейчас все обсудим…
— Здесь нечего обсуждать! — крикнул Оскар. — Вы спятили? Засунете меня в чулан, как Генриха, и будете ждать следующего убийства? Нет уж!
Теперь уже поднялись все, включая Веронику. Никто не дергался в сторону Оскара. Может быть, среди полярников большинство и были специалистами по спасательно-розыскным работам, но специалистов по задержанию опасных преступников здесь не водилось. Как же сильно Вероника скучала по привычному миру, где можно просто позвонить в полицию…
