| I have heard that Mrs. Jellyby was understood to suffer great mortification from her daughter's ignoble marriage and pursuits, but I hope she got over it in time. | Я слышала, будто миссис Джеллиби была жестоко уязвлена унизительным для нее Замужеством и ремеслом дочери; но эта язва, кажется, уже зажила. |
| She has been disappointed in Borrioboola-Gha, which turned out a failure in consequence of the king of Borrioboola wanting to sell everybody--who survived the climate--for rum, but she has taken up with the rights of women to sit in Parliament, and Caddy tells me it is a mission involving more correspondence than the old one. | В колонии Бориобула-Гха она разочаровалась -затея потерпела неудачу, потому что бориобульский царек вдруг решил обменять на ром всех колонистов, вернее - тех, кому удалось выжить в тамошнем климате, - но теперь миссис Джеллиби принялась добиваться того, чтобы женщины получили право заседать в парламенте, и Кедди говорила мне, что эта новая миссия требует еще более обширной корреспонденции, чем старая. |
| I had almost forgotten Caddy's poor little girl. | Я чуть было не забыла о бедной дочурке Кедди. |
| She is not such a mite now, but she is deaf and dumb. | Теперь она уже не такая жалкая крошка, какой была, но она глухонемая. |
| I believe there never was a better mother than Caddy, who learns, in her scanty intervals of leisure, innumerable deaf and dumb arts to soften the affliction of her child. | Пожалуй, нет на свете лучшей матери, чем Кедди, - ведь как ни мало у нее свободного времени, она ухитряется изучать разные способы обучения глухонемых, чтобы облегчить жизнь своему ребенку. |
| As if I were never to have done with Caddy, I am reminded here of Peepy and old Mr. Turveydrop. | Я, кажется, никогда не кончу рассказывать о Кедди, - вот и сейчас вспомнила про Пищика и мистера Тарвидропа-старшего. |
| Peepy is in the Custom House, and doing extremely well. | Пищик теперь служит в таможне, и весьма успешно. |
| Old Mr. Turveydrop, very apoplectic, still exhibits his deportment about town, still enjoys himself in the old manner, is still believed in in the old way. | Мистер Тарвидроп-старший так растолстел, что кажется, будто его вот-вот удар хватит, но он по-прежнему рисуется своим "хорошим тоном" в общественных местах, по-прежнему наслаждается жизнью на свой лад и по-прежнему пользуется тем, что в него слепо верят. |
| He is constant in his patronage of Peepy and is understood to have bequeathed him a favourite French clock in his dressing-room--which is not his property. | Он все так же покровительствует Пищику и, кажется, даже завещал юноше свои любимые французские часы, которые висят на стене в его будуаре... но принадлежат не ему. |
| With the first money we saved at home, we added to our pretty house by throwing out a little growlery expressly for my guardian, which we inaugurated with great splendour the next time he came down to see us. | Первые же деньги, которые нам удалось скопить, мы употребили на расширение своего уютного домика - пристроили к нему специально для опекуна маленькую Брюзжальню и самым торжественным образом открыли ее, когда он приехал к нам погостить. |
| I try to write all this lightly, because my heart is full in drawing to an end, but when I write of him, my tears will have their way. | Я стараюсь писать все это в легком тоне, потому что приближаюсь к концу своей повести и чувствую, как переполнено мое сердце, а когда пишу об опекуне, то и вовсе не могу удержаться от слез. |
