С отбивающим на ребрах чечетку сердцем я все же выхожу на этаже Андрея и на цыпочках крадусь к его кабинету, хотя он и слона не услышит, если до сих пор работает. А он и правда все еще там – сидит в синей рубашке без пуговиц и с подвернутыми рукавами и такого же цвета джинсах за столом, трет глаза. Со всех сторон обложен бумажными стаканчиками из-под кофе, а рядом переполненная мусорка с коричневыми листами.
– Это… – подаю голос, и Аполлонов вздрагивает. Смотрит покрасневшими глазами и будто не сразу понимает, кто перед ним.
– Опрокинул кофе на бумаги. Заново надо печатать, – без предисловий и приветствий сообщает мне и отворачивается к экрану. – Игорь Сергеевич пользуется вами по полной, я смотрю.
Проглатываю едкое замечание, все эти «вы» и молча захожу в кабинет. Андрей напрягается, но скрывает это.
– Что вы тут делаете? Шпионите? Мне вызвать охрану? – сыплет вопросами, не удостоив меня и взглядом.
– Почему вы так… грубы со мной? – искренне не понимаю я и хмурю брови, застыв у дверей. – Я думала, у нас перемирие.
И все же медленно подхожу к нему, будто к дикому животному. Его тон спокойный и ровный, не знаю, чего от него ожидать. Может, вообще уйти и не испытывать судьбу? Вдруг он снова начнет кричать, чтобы я уходила, пусть и подкармливает меня в обеденное время?
– Потому что вы назойливы, – вздыхает он. И злит меня.
– Неправда! – шиплю я, в два быстрых шага дойдя до его стола. – Мы почти не видимся.
– Потому что вы работаете на моего врага.
Ему моя близость явно не нравится: он все крепче сжимает компьютерную мышку.
– И что такого? – Мне его поведение, наоборот, добавляет сил и смелости. – Вы, кажется, спокойно общались со Светой, архитекторами и дизайнерами Игоря Сергеевича. Что же тогда не так именно со мной?
– Я с ними не целовался, – будничным тоном отвечает Аполлонов, не отрываясь от монитора. И взрывая мне мозг.
Как? Просто как он может так спокойно выдавать… это!
– Почему вы так легко об этом говорите?
Он приподнимает бровь, все еще не глядя на меня.
– Давайте говорить об этом сложно. Не соприкасался губами? Не сталкивался языками? Не выражал через поцелуи желание заняться сексом? – Андрей накидывает варианты, пока его пальцы порхают по клавиатуре, и я, не выдержав, встаю у него за спиной, чтобы бесцеремонно заглянуть и узнать, что он там делает.
А он пишет ответ клиенту на почту! И даже не добавил ни одного лишнего слова из того, что говорил мне, не допустил ни одной ошибки и не пропустил ни единой запятой, чертов гений!
– Похвальная многозадачность, – киваю я на экран.
На мой шепот он откидывает голову и касается макушкой моего живота. Еще и смотрит снизу вверх прямо в глаза.
– Подсматриваете, шпионка Анна? – хрипит он на пару тонов ниже обычного.
– Ревнуете? – вторю я ему так же тихо. Опять о том же. Снова.
Я не могу ничего поделать со своей головой и мыслями в ней. Мой голос дрожит, вся я дрожу… И вот, глядя на Андрея, уже представляю, что это
Когда Андрей отрывает от меня взгляд, я чувствую, как разочарование разливается по венам. Мне вообще кажется, что солнце больше никогда не осветит этот чертов бренный мир. Что такое творится со мной? Я только что запечатлелась, как в этих фильмах про вампиров и оборотней, которые мы смотрели с Роксаной, или…
– Ревность ничего не значит, – прерывая бурный поток моих мыслей, произносит Аполлонов, снова уставившись в монитор. – Каждый имеет право ревновать кого угодно к чему угодно.
– Почему? – вырывается у меня. Голос звучит тонко, беззащитно, почти хрустально.
– Потому что наши обещания только у нас в головах. И пообещать свою верность можно кому угодно. Даже тому, кто этого не стоит.
– А вы стóите? – Я обхожу стол, чтобы видеть реакцию Андрея. Не знаю, зачем задаю этот вопрос. Просто не могу не задать, вдруг ответит?
– Ты же спишь с Голицыным. – Он так резко переходит на «ты», выворачивая диалог совсем в другую сторону.
– С чего ты взял? – вторю ему.
Недели холодного формального общения стерты всего одной вспышкой призрачных чувств. Они есть – волнами исходят от Аполлонова, который пытается изображать безразличие. Но он точно не так равнодушен ко мне, как хочет казаться. А мое сердце только и радо откликнуться.
– Это очевидно.
– Не сплю, – шепотом, но уверенно произношу я, и Аполлонов даже кажется удивленным, если я правильно читаю его эмоции. Снова приподнимает брови, но все еще пялится в монитор. Невозможный мужчина.
– Впрочем, это неважно, – бросает Андрей, будто ему это и впрямь не очень интересно. Скользит по мне уже холодным взглядом. Снова собран и отстранен. – Зачем пришла?
– Охранник попросил передать, что пора закрываться.
– Понятно, сейчас выйду.
Андрей сохраняет проект и терпеливо ждет, пока тот закроется. Перегруженный компьютер разве что не хрипит от натуги.
– Ну… я пошла, – медленно тяну я, не желая с ним расставаться.
