Вот однажды отправилась Гульюзум на реку белье полоскать. Сыночка с собой прихватила, ни на минуту не хотелось с ним расставаться. Положила его на своем свернутом камзоле в тени ивы и занялась бельем. А Якуб подкрался к ней незаметно со спины да и столкнул в воду. Так загорелось ему избавиться от изменщицы, что и одной рукой справился. Течение далеко унесло несчастную Гульюзум. Якуб собирался и от ребенка избавиться, уже схватил его. Но стало жаль малыша, который ни в чем не был виноват. Оставил его Якуб на берегу и потихоньку домой вернулся.
Прошло несколько часов, Якуб сказал соседке, что жена чего-то долго не возвращается с речки. Пошел ее якобы искать. Вскоре прибежал обратно с младенцем. Закричал, что пропала Гульюзум, нет ее нигде. Наверное, в воду упала. Всей деревней искали Гульюзум, нашли на следующий день ее тело. Так и остался Якуб вдовцом. Никто его ни в каком злодействе, само собой, не подозревал. Наоборот, все жалели горемыку.
Ночью после похорон навестила мужа Гульюзум, вся промокшая с ног до головы. Прошла к лавке, на которой спал Якуб, разбудила его и сказала:
– За то, что не поверил мне, когда клялась и чистую правду говорила, я тебя прощу. И за смерть мою тоже прощу. Ведь любила прежде всей душой, не могу этого забыть. Но запомни: не бросай моего сыночка, как родного вырасти и воспитай. Пусть ни в чем он не знает нужды. Только так искупишь свою вину.
Якуб покрылся холодным потом. Долго каялся перед Гульюзум. Обещал, что все исполнит, лишь бы заслужить прощение.
– Я буду ждать и надеяться, – ответила Гульюзум и пошла к двери, оставляя за собой мокрые следы.
Якуб старался исполнить обещание, но тяжело мужчине растить ребенка без матери. А уж безрукому мужчине, которому с любой работой справиться трудно, – и подавно. И все-таки Якуб как-то дотянул сына Гульюзум лет до пяти. Сердобольные соседки часто помогали, и сам старался изо всех сил. А дальше случились перемены в их жизни. Проезжал через деревню богатый купец, услышал печальную историю Якуба. У самого купца и его жены уже много лет не было детей, и наследство-то передать некому. Взглянул он на сироту и умилился. Мальчишка был на редкость красивый – зеленоглазый, с белой кожей и черными густыми волосами. Не зря появился на свет из березового полена. А уж такой послушный и умница, что просто чудо. Купец захотел взять ребенка с собой, усыновить и со временем сделать наследником, да еще и денег Якубу предложил. Тот согласился, решил, что так ребенку будет лучше. Вскоре купец увез приемыша далеко-далеко, и больше тот в деревне не появлялся. Якубу через недолгое время улыбнулась удача. Женился на трудолюбивой и достойной женщине, тоже овдовевшей. Зажили они, может, и без особой любви, но в мире и согласии. Вот только детей им Аллах не дал. Годы шли, умерла вторая жена Якуба. В одиночестве он затосковал и начал крепко выпивать. Часто вспоминал первую свою несчастную жену, все надеялся увидеть ее хоть во сне, однако напрасно. И сына, которого отдал заезжему купцу, тоже без конца вспоминал. Чуть ли не каждый день приходил на берег реки. Сидел допоздна под ивами, смотрел на воду… Хозяйство пошло прахом, дом разваливался, с соседями Якуб перессорился. Больше ничего не держало его в родных краях. Наступил день, когда Якуб сложил кое-какие вещи в мешок и отправился бродяжничать куда глаза глядят. Долго скитался по дорогам, пока не добрался до города. Кормился он милостыней. В большой праздник попал вместе с другими нищими во двор богатого купеческого двора, где накрыли стол для нуждающихся. Хозяином там был сын Гульюзум. Он давно стал взрослым, обзавелся семьей, жил в довольстве и счастье. Увидел седого нищего старика в лохмотьях, узнал Якуба, которого считал родным отцом. Понятно, тот сильно изменился с тех пор. Но хотя бы по тому, что не было у него правой руки, узнать было можно. Якуб остался жить у сына Гульюзум. В сам дом не пошел, хоть и уговаривали его. Недостойным себя считал. Поселился во флигеле. Только под конец жизни, после долгих скитаний узнал наконец покой. А в последнюю его ночь приснилась Гульюзум, сказала:
– Эх, Якуб, хоть и не точно исполнил ты мой наказ, но прощаю тебя за раскаянье. Видишь, как изрубил ты на куски всю нашу жизнь. Ведь могли быть счастливы. И детей родилось бы у нас много, и любили бы друг друга до глубокой старости. А всего-то надо было поверить мне. Да что уж теперь жалеть, ничего не изменишь.
В ту ночь умер Якуб во сне с улыбкой на губах. Вот и вся история, улым, – добавляет Зубаржат. – Только до такого доводить не стоит, лучше просто верить близким людям. А уж если они на самом деле оступились, все равно верить и помогать.
