– Ты отвечаешь за социальную сферу, а не за военные операции! – голос Фостера гремит, он с трудом сдерживает бушующие эмоции. – Ила, детям нужна мать, а не очередной герой, павший в бою! Эрик никогда бы не позволил…
– Мой муж никогда не относился ко мне, как к беспомощному ребёнку, – перебивает Иллана, и в её голосе звучит ледяная решимость. – Он всегда верил в меня, и я не подведу его сейчас.
– Ила… – пытается возразить Микаэль, чувствуя, как тревога всё глубже впивается в его сердце.
– Все под контролем, Фостер. Астерлион надежно укреплен. Его стены выдержат натиск шайки жалких убийц, – уверенно заявляет Иллана.
Затянувшийся спор резко прерывается внезапным залпом выстрелов. Голос Илланы тонет в шуме и хаосе боя. Долгие мгновения лишь треск помех и хаотичные выкрики бойцов доносятся до Микаэля, усугубляя его тревогу и усиливая ощущение надвигающейся беды.
– Ты это видишь? – срывающимся голосом произносит Иллана кому-то рядом, её дыхание сбито, в интонации отчётливо слышен неприкрытый страх.
– Что происходит, Ила? – почти срываясь на крик, требует ответа Микаэль, пальцы его с силой впиваются в край стола.
– Шершни… Их тысячи, Фостер… Они идут прямо на нас. Нам не устоять, если их цель не падальщики, а город! – Иллана с трудом контролирует голос, в её словах слышатся обреченность и непривычное для нее бессилие. – Микаэль, нам нужна помощь!
Фостер застывает на мгновение, стремительно перебирая в голове вероятные сценарии. Прежде шершни никогда напрямую не атаковали города. Аристей направлял их исключительно на разрозненные группы падальщиков, подступающие к стенам анклавов. Возможно, и сейчас цель мутантов – именно они, но в свете последних событий рассчитывать на подобный расклад слишком рискованно. Остается единственный разумный вариант – запросить срочное подкрепление из Севрина, расположенного в трёхстах километрах от Астерлиона. Но это несколько часов пути…
– Вейнс, немедленно, связаться с Севрином! Запросить экстренную поддержку! – резко командует Микаэль, голос его звучит жёстко и уверенно, хотя в глубине души он понимает, насколько малы шансы успеть вовремя.
– Мы столько не продержимся, командир, – мрачно отзывается офицер. – Шершни слишком близко.
– Докладывайте обстановку детально! – требует Фостер.
– Мутанты прорвали позиции падальщиков. Те бегут в панике, шершни разрывают их на части, не останавливаясь и не снижая скорости, – чеканит офицер. – Они движутся прямо к стенам города.
– Открывайте огонь! Удерживайте периметр!
Непрекращающийся шквал выстрелов и грохот от взрывов полностью заглушают эфир. В этом паническом гуле едва различим шёпот Илланы, проникающий прямо в душу:
– Он должен победить, Мика… Я знаю, что он победит… Передай ему, что я люблю его… бесконечно… – её голос затухает, оставляя горькое «прощай» повиснуть в пустоте.
Микаэль недвижим, словно парализованный ледяным осознанием непоправимого. В ушах пульсирует тишина после прерванного эфира связи, и он ясно понимает: теперь остаётся лишь надеяться на чудо.
– Командир? – осторожный голос капитана Рейнольдса выводит его из оцепенения. – Что дальше?
Фостер судорожно втягивает воздух, сердце бьётся оглушительно громко, отдаваясь звенящим эхом в ушах. Он тяжело сглатывает, усилием воли возвращая себе самообладание:
– Продолжать держать позиции. Усилить наблюдение и немедленно сообщать обо всех изменениях обстановки.
– Так точно, – отвечает Рейнольдс, начиная отдавать команды, но его прерывает сообщение офицера наблюдательного поста по внутренней связи:
– Командир, срочный доклад! Множественные группы мутантов обнаружены на западном направлении, расстояние менее двух километров и быстро сокращается!
– Подразделениям немедленно занять рубежи на западе и организовать резервные позиции! – отдаёт распоряжения Микаэль, стараясь скрыть тревогу и сохранить уверенность в голосе. – Сдерживать их столько, сколько получится!
В эфире раздаются резкие команды. Солдаты занимают оборону, оружие приводится в боевую готовность. Напряжение вокруг нарастает. Техники сосредоточенно продолжают работать с управляющим терминалом, быстро вводя команды и анализируя поток данных на экранах. На их лицах застыло напряжение: все понимают, что теперь счет идет на секунды.
Внезапно пронзительный сигнал тревоги оглушает техническое помещение, заливая все вокруг красным светом. Взгляды офицеров и бойцов прикованы к центральному дисплею, на котором мигает предупреждение, сопровождаемое механическим голосом системы:
– Внимание! Запущен обратный отсчёт: шестьдесят минут до активации арсенала. Пятьдесят девять минут пятьдесят девять секунд… пятьдесят восемь… пятьдесят семь…
– Для того, кто потерял все, ты неплохо держишься, – равнодушно отмечает Аристей, не отрывая взгляда от огромного амурского тигра.
