Он осторожно перебирает пальцами густую шерсть, с легкостью покоряя хищную природу опасного зверя. Тигр довольно щурится от его прикосновений, лениво прикрывая янтарные глаза и издавая низкое бархатистое урчание. Глядя на это зрелище, я в который раз признаю, что передо мной не человек, не лидер и не властитель, а существо иной природы, которое с легкостью подчиняет себе других.
Я молчу, плотно сжав губы, и не позволяю ни единому слову слететь с языка. Молчание – единственная свобода, которая у меня ещё осталась. Любые слова сейчас – это слабость, проявление уязвимости, а я не могу себе их позволить, находясь в непосредственной близости от Аристея.
Сам он удобно расположился за широким монолитным столом, вырезанным из черного камня, с идеально гладкой поверхностью, на которой отражаются блики мерцающих огней панелей управления. Весь его облик источает спокойствие и ленивую уверенность. Глубоко утонув в кресле с высокой спинкой, Аристей выглядит так, словно ему скучно и нет смысла притворяться заинтересованным в разговоре со мной. Но я чувствую, что он только и ждет момента, когда я сломаюсь.
У двери кабинета расположился ещё один его питомец. Стоило мне войти, как с виду неповоротливый, но массивный и опасный медведь отрезал мне путь к выходу. Один жест хозяина, – и эта зверюга мгновенно переломает мне кости, а её полосатый хвостатый приятель с аппетитом обглодает то, что останется. Кто в итоге меня сожрет: мутант, тигр или медведь, – это уже детали, неважные мелочи, не меняющие сути – я полностью во власти сидящей напротив желтоглазой твари.
Молчаливые стражники, притащившие меня сюда, и даже шершни, сопровождавшие остатки моего отряда от поезда до самого гнезда, теперь казались мелким неудобством. Их присутствие являлось почти ожидаемым и обыденным. Здесь, внутри подземной цитадели, в странном переплетении эпох и цивилизаций, всё буквально дышит абсолютной властью Аристея. Эта каменная твердыня – очередное фундаментальное воплощение его триумфа, символ господства над прошлым и будущим.
Но все эти декорации и устрашающие элементы не столь важны. Все мои мысли прикованы к Ариадне. Я знаю, что она – ключ ко всему, и понимаю, что отец специально запустил этот замысловатый маховик вокруг собственной дочери. Мысль о сестре, о её возможной участи гнала меня вперед с того самого момента, как я активировал сигнал ее маяка. Я намеренно разбил терминал на своем предплечье, перед тем как покинуть поезд. Теперь повреждённое устройство лежит на столе перед Аристеем, как бесполезный хлам.
– Молчишь? Думаешь поразить меня своей стойкостью и сопротивлением? – он вскидывает на меня острый взгляд, пронизывающий подобно лазерному лучу. Мышцы моей спины и плеч невольно напрягаются. – Или до сих пор веришь, что не все потеряно?
Я упорно храню молчание, но не для того, чтобы его разозлить. Я не идиот и отлично осознаю, с кем имею дело. Мне нужно понять, что задумала эта белобрысая шваль, а кроме него самого никто о его планах не расскажет.
– На что ты надеешься, Эрик? – склонив голову к плечу, Аристей продолжает небрежно ласкать полосатого хищника. Оба при этом выглядят донельзя умиротворенными и расслабленными. – На предсказания кучки полоумных шаманов, готовых верить в любую чушь, лишь бы не признавать себя никчемными жалкими марионетками? Но открою тебе секрет, Дерби, – вся ваша муравьиная возня обречена на провал. Я – единственный бог на этой планете и… – он низко смеется, заставив тигра встревоженно навострить уши. – Мои ангелы смерти способны затащить вас в ад за считаные часы.
– Но тем не менее мы еще живы, – сухо отзываюсь я. – Значит, массовая казнь не входит в твои планы.
– Всегда знал, что ты неглупый парень, Эрик Дерби, – одобрительно ухмыляется Аристей. – Неглупый для человека, – дополняет он и с деланым безразличием кивает на груду искорёженного металла на столе. – Не хочешь рассказать мне, что это?
Я напрягаюсь, сжимая зубы до боли в челюстях. Желваки под кожей ходят ходуном. Нет смысла ему отвечать. Он и так знает всё, что ему нужно, а то, чего не знает, – намерен выяснить здесь и сейчас.
Аристей лениво улыбается, наслаждаясь моей безмолвной яростью.
– Конечно, ты можешь и дальше продолжать изображать самоотверженного борца за справедливость, – протягивает он с явной издёвкой. – Только это ни к чему не приведёт. Ты целенаправленно шел сюда, словно тебе подсказали маршрут. Знаешь, что я думаю на этот счет?
– Боюсь даже предположить, – сдержанно отвечаю я.
– Прежде чем сдохнуть, твой отец успел передать тебе послание, – Аристей уверенно указывает на сломанную панель. – Ты точно знал, где искать Ариадну. Я прав?
– Мы зафиксировали координаты места, откуда был произведен запуск ракет, и предположили, что ты можешь находиться поблизости. Следовательно, и Ариадна тоже. Я направил сюда отряд, рассчитывая исключительно на удачу.
