Сразу после высадки с эсминца и разделения сил, она перебралась в мою машину и до сих пор не произнесла ни слова. Мы добирались до пункта назначения почти двое суток и практически уложились в запланированные временные рамки, но отдохнуть в пути практически не удалось. Да еще проклятая морская болезнь, которая изрядно помучила уставших бойцов. Меня сия участь миновала, а вот Лене пришлось несладко…
– Ты как? Лучше? – смещаю фокус ее внимания на себя.
– Держусь, – с нарочитой бодростью кивает она. – Но пейзажи здесь, конечно…
Протяжно выдохнув, она устремляет взгляд на окраины города и темнеющие там руины торговых центров, над которыми кружат стаи черных воронов – мрачных спутников смерти и разрушения.
Все здесь кричит о былой агонии: медленной, жесткой и неумолимой.
Город не пал в сражении.
Он был съеден.
И мы продолжаем двигаться сквозь этот каменный погост, слыша, как под колёсами стонет забытая всеми земля.
Я опускаю взгляд по монитор навигационной панели. Маршрут прорисован толстой линией, но чем ближе к цели, тем больше белых пятен на карте. Камчатка всегда была сейсмически активной зоной – земля здесь трещит, дышит, обваливается, меняясь быстрее, чем успевают фиксировать разведчики.
– Локация сигнала не изменилась? – уточняет Белова.
– Сигнал стабилен, координаты прежние, – я сверяю данные биотрекера Ариадны и выдыхаю через зубы, но облегчение длится мгновение. Лоб тут же пересекает хмурая складка. – Но главная проблема в другом: как туда попасть?
Лена замирает, уставившись на меня с таким озадаченным видом, что я невольно усмехаюсь уголками губ.
– У тебя нет карты туннелей? – она наконец озвучивает вопрос, который я прочитал на ее вытянувшемся лице еще пару секунд назад.
– Откуда? – спрашиваю в лоб.
– Ты же сам говорил, что строительством подземных лабиринтов Аристея занимались жители анклавов, – Лена устало растирает виски, пытаясь поймать ускользающую мысль.
– Ну да, а потом возвращал их обратно с мешком золота за проделанную работу, – мрачно ухмыляюсь я.
– То есть мы сорок часов плыли через полмира, чтобы теперь блуждать среди разрушенных городов и вулканов, заглядывая в каждую трещину? – в ее голосе звенит плохо скрываемое напряжение.
– Успокойся, – строго бросаю я. – За последние годы наши разведгруппы зафиксировали несколько активных точек входа. В конкретной местности есть только одна, – взглянув на панель, удовлетворенно киваю. – И она находится в полутора километрах от нас.
– Так бы сразу и сказал. Чуть до инфаркта меня не довел, – с упреком отзывается Лена.
– А может, я тебя проверял? Вдруг ты нарыла в архивах еще один подарок. Сейчас он бы нам точно не помешал.
– Слушай… – она задумчиво хмурится, отстранённо изучая мое лицо. – А откуда у него такие технологии? Рабочая сила – ладно. Но оборудование? Энергия? Материалы? Это же не просто землянки в скалах…
Я сжимаю пальцы на подлокотниках, ощущая, как поскрипывают костяшки в перчатках.
– Ты же не думаешь, что Аристей спустился в свои подземелья в гордом одиночестве?
Белова напрягается, понимая, куда я клоню.
– Надеюсь, ты помнишь, что раскол правящей Корпорации произошел еще до катастрофы, и когда грянула пандемия М-вируса, часть пошла за Дэрилом Дерби на плавучие острова. Остальные выбрали иной путь. Спустились с Аристеем под землю.
– Добровольно? – недоверчиво уточняет Белова.
– Добровольно, – подтверждаю я. – Взамен он дал им то же, что и президент Улья, – иллюзию безопасности, за стенами которой гнездится страх.
– Значит, там, внизу… не только мутанты?
– Там, внизу, – те, кто когда-то владел всем этим миром, – глухо роняю я. – Только теперь они держат в руках собственные цепи.
На заднем плане трещат рации, – командиры подтверждают готовность. Грузовики с боекомплектом плотно закрывают тыл, платформы связи держат шифровку. Я направляю взгляд на экран перед собой. Пора заканчивать разговоры, отсчет пошел на минуты.
Вскоре на горизонте вырастает тёмный шероховатый силуэт. Полуразрушенный комплекс, прижавшийся к склону, будто раненое животное, затаившееся перед смертью. Бетонное нагромождение, которое давно стало лишь безликой рухлядью.
– Мы достигли точки входа, – коротко сообщаю по каналу связи.
Колонна замедляется. Машины разворачиваются полукольцом, взяв объект в клещи. Вездеходы натужно тормозят на прогнувшемся асфальте. Стук гусениц замирает. В кабинах гаснут панели, – энергию экономим, шумы исключаем. Я выбираюсь наружу. Воздух сухой и морозный, обжигает холодом горло при каждом вдохе. Свирепый ветер с ледяной крошкой пробирает до костей. Близится закат, раскрашивая небо в лиловые тона.
Белова держится рядом, разглядывая ветхие конструкции. Сосредоточена и насторожена, но держит эмоции под контролем.
– Сканируйте фасад, крышу, фланги. Первичная разведка – только периметр, – раздаю точные приказы. – Группа «Альфа», вход с юго-запада.
Несколько бойцов отходят от бронемашины и начинают двигаться вдоль разрушенной стены. Их фигуры то появляются, то исчезают в пространстве между шаткими перекрытиями. Камуфляж сливается с пепельно-серыми плитами.
Время ползёт.
Десять минут.
