– Более чем, – спокойно возражаю я. – Она знает шершней лучше любого из нас, способна сразу определить степень опасности и найти тактические уязвимости врага. Если на пути попадётся очередной вид, её знания могут спасти нам жизнь и сэкономить время на принятие решений. В туннелях, кишащих мутантами, это критически важно.
Елена молча оценивает мой довод, затем неохотно кивает, признавая очевидность аргумента.
– Принято.
– А я? – Лароссо вскидывает голову, готовая возразить, но я тут же пресекаю её порыв:
– Ты остаёшься. Поверь, у тебя ещё будет шанс отомстить.
В её глазах на короткий мир вспыхивают ярость и боль, но она опускает взгляд, принимая мои доводы. Это лучшее, что я могу ей сейчас дать, – паузу, возможность пережить потерю Грома.
– Что с техникой и основными силами? – спрашивает Белова, мгновенно переключаясь на практическое планирование.
– Занимаете круговую оборону и сохраняете тишину в эфире, – объясняю я.
– Поняла, – коротко подтверждает Елена. – Но при первом же признаке серьёзного сопротивления, немедленно возвращаетесь. Ты нужен здесь живым.
– Разумеется, – отвечаю я, избегая дальнейших споров.
– Мы на месте! – прерывает наш разговор голос водителя бронемашины.
Колонна резко замедляется и останавливается, занимая позиции на широком участке туннеля. Взгляд автоматически скользит по экрану тактического планшета, на котором уже отображены данные разведывательных дронов. Они зафиксировали железнодорожные пути буквально в нескольких десятках метров впереди, скрытые за массивными гермоворотами, в свою очередь частично заваленными бетонными плитами и искорёженным металлом.
– Занять позиции! – быстро отдаёт приказ Белова. – Машины в круговую оборону, бойцам, рассредоточиться.
Солдаты быстро и чётко выполняют указания. Техника выстраивается плотным кольцом, разворачивая башенные орудия и пулемёты наружу, формируя надёжный периметр обороны. Взвод сапёров оперативно проверяет ближайшие ниши и ответвления, устанавливая датчики движения и миниатюрные камеры для контроля подходов.
Я бросаю короткий взгляд на отобранных мной людей – Пирс и Грейсон быстро проверяют снаряжение и магазины автоматов, обменявшись при этом коротким сосредоточенным взглядом. Эванс приближается ко мне и негромко уточняет:
– Как будем действовать в случае контакта? Отходим или сразу даём бой?
– Бой только в крайнем случае, – жёстко предупреждаю я, заряжая автомат. – Наша задача – разведка, а не штурм. Огонь вести только при непосредственной угрозе. При любом сомнении – отступаем.
– Ясно, – соглашается он.
Я перевожу взгляд на стоящую в стороне Грант. Она немного растерянно наблюдает за происходящим, но старается не выдавать волнения.
– Тебе не обязательно идти, если не уверена, что справишься, – шагнув к ней, я внимательно изучаю ее лицо с красивыми выразительными чертами. Прозрачный визор шлема позволяет рассмотреть малейшие эмоции, которые она пытается скрыть. – Бояться – это нормально, – добавляю чуть мягче.
– Конечно, нормально, учитывая, что я направляюсь прямиком в ад под командованием призрака, – натянуто улыбается Грант. В её взгляде вспыхивает стальной блеск, тесно переплетенный с вызовом, и мне это чертовски не нравится.
– Поверь мне, у призрака не дрогнет рука, если ты вдруг решишь переметнуться на сторону врага, – ледяным тоном предупреждаю я.
– Враг – это Харпер? – в её голосе проскальзывает холодное любопытство, граничащее с попыткой заглянуть вглубь меня, проверить мои истинные мотивы.
– Ты считаешь иначе?
– Я здесь, чтобы помочь, а не делать выводы. И я лучше всех понимаю природу угрозы, именно поэтому ты включил меня в состав группы.
– И всё же это не ответ, – я пристально смотрю на неё, стараясь понять, что она скрывает за маской профессионального спокойствия. – Сомневаешься в его непричастности?
– Он всегда действовал, исходя из логики и рациональности, а не эмоций или личных амбиций.
Она замолкает, и её взгляд перемещается к бойцам, торопливо разбирающим заваленный обломками проход. Некоторое время Элина молча наблюдает за их работой, скорее всего, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить. Её голос становится тише и осторожнее, когда она вновь поворачивается ко мне:
– Ты думаешь, он где-то там? – она кивает в сторону освобождаемого прохода. – Вместе с ней?
– Уверен в этом, – хмуро отвечаю я, ощущая, как холод в груди становится почти физически ощутимым. – И я до сих пор не могу понять, что именно им движет.
– Я тоже, – глухо отзывается Грант, на мгновение опустив глаза и задумчиво покачав головой. – Кайлер дорог мне, это правда, – она снова поднимает взгляд, в котором тлеет усталость. – Но я не стану рисковать вашими жизнями, чтобы спасти его. Просто поверь, что я сделаю всё возможное, чтобы мы выбрались отсюда живыми. Вместе с твоей сестрой.
– Надеюсь, это действительно так, – мрачно отзываюсь я, чувствуя, как странная смесь облегчения и недоверия сжимает горло. – Но помни, Элина, малейшее сомнение в тебе, – и я не стану рисковать.
Она коротко кивает, принимая мои слова без возражений:
– Понимаю.
