Один из бандитов вскрикнул. Видимо, все же заметил Таро. Вурдалак даже не шевельнулся. Зато тьма ощутимо надвинулась на нас, и я почувствовал такой ужас, какого не испытывал даже в своих снах. В ушах зашумело, и я не сразу понял, что вокруг вопят бандиты. Меня отпустили. Я плюхнулся на пол и ударился головой. За моей спиной хлопнула дверь. Я вдруг обнаружил сапоги Таро прямо перед своим лицом. Вурдалак, недолго думая, переступил через меня. Шагов его не было слышно даже теперь, когда он оказался совсем рядом. Зато я слышал, как крики в отдалении захлебываются хрипами…
Я с трудом перевернулся набок. Входная дверь была распахнута. Во дворе, у колодца, Таро уверенно, методично убивал бандитов, словно совершал отвратительное жертвоприношение. Я хотел остановить его, но сознание ускользнуло. Следующее, что я запомнил: вурдалак склоняется надо мной, брезгливо кривя губы. На клыках его кровь, она слишком яркая, нестерпимо… Уверен, Таро понял, что я в сознании. Спустя мгновение, он выпрямился и прошел мимо.
А я так и остался лежать на полу, связанный.
— Tapo, — хрипло позвал я, но ответа не было.
Потом я снова терял сознание и приходил в себя. Все тело ныло, рук я не чувствовал, меня колотило от холода. Дверь так и осталась открытой, марево тумана плескалось у самого порога, стелилось по нему, цеплялось за перила. Он все приближался и грозил дотянуться, утащить в безмолвную неизвестность. Кажется, я еще звал Таро. Но вместо него возле меня оказался Люций. Он уговаривал потерпеть. Рядом с ним в какой-то момент проступили очертания Уха. Мог ли фантом выражать сочувствие? Наверняка, мне просто мерещилось. Но именно Ух напугал бандитов прежде, чем Таро лишь добил их, уже обратившихся в бегство.
Наконец, туман начал отступать. Забрезжил рассвет, а вместе с ним — явился Даль. Сначала он медленно — мне показалось, целую вечность — оглядывал последствия побоища у колодца. Потом Люций окликнул его и взгляд Даля натолкнулся на меня…
Эльф меня и освободил. Таро не появлялся, а призрак или фантом не имели возможности что-либо сделать. Даль принес воды, напоил меня и лишь потом — заставил подняться. Я мычал что-то в знак протеста и хныкал. Но Даль был непреклонен. Он довел меня до одного из покоев на первом этаже. По иронии судьбы, конечно же, это оказалась именно ледяная гостиная. Я снова пытался возражать, и, кажется, в процессе попросту потерял сознание. Но не до конца, потому что слышал обрывки разговоров, чьи-то гневные крики (похоже, не только я искал Таро), чувствовал, как на лоб опускается влажная ткань.
— Ты хоть понимаешь… Ааа, к демонам! Что на тебя нашло, Таро?! — кажется, я никогда прежде не слышал, чтобы Люций был так раздражен, почти зол. — Именно теперь, когда…
— Оставь его, Люц, — тихий шелест голоса Даля.
— Нет, это возмутительно! Это преступление! Оставить потомка Алоиза в таком положении. Ты сделал это намеренно, никакие оправдания тут не помогут.
— Не собираюсь я оправдываться, — лениво проговорил Таро. — Давно надо было это сделать!
— Ты… Лучше молчи, мальчишка! Еще слово и я вынужден буду вызвать гоблина! Ты знаешь, что за этим последует!
— Да плевать.
— Ничего тебе не плевать, — снова Даль, и голос у него какой-то странный. Кажется, эльф боялся. Неужели так переживал за меня?
— Плевать, — повторил Таро с отвращением.
— Возмутительно! Это… Таро, это предательство! Ну, объясни мне, чего ты пытался добиться? Началось бы разбирательство. Твоя вина была бы доказана. Ух был свидетелем, он не смог бы отказаться от свидетельства!
Звоном колокольчиков рассыпался задорный смех.
— А он и хотел, чтобы его обвинили. Да, Таро?
— Что…
— Ну, мастер, неужели не поняли? Таро решил таким образом защитить меня. Только забыл спросить — нужна ли мне его смерть! — вот тут в голосе Даля прорезалась самая настоящая злость. — Ты, придурочный вурдалачище, считаешь, что подумал о последствиях?! Мы лишились бы Отменяющего! Сейчас, когда Завеса истончилась, а дух леса…
— Без разницы! — рявкнул Таро. — Он сумасшедший! Можешь отрицать, как и тогда, с Эдвином, но рано или поздно он попытается призвать демонов. И тогда…
— А ты благородно решил принести себя в жертву… — задумчиво проговорил Люций. — Знаешь, Таро, от тебя такой глупости не ожидал.
Даль захихикал.
— Просто он у нас плохо сходится с людьми… Вообще со всеми плохо сходится. Боится, что следующего эльфа не вытерпит!
— Да пошел ты!
— Придется…
…И странно, говорившие должны были бы быть совсем близко, но, когда я открывал глаза — видел только Уха. Очертания комнаты, смазывались, а вот образ фантома стал неожиданно четким. Не знаю, почему я был уверен, что передо мной именно Ух. У него были длинные белоснежные волосы и неожиданно молодое лицо.
