Ух был мальчишкой и лишь глаза выдавали — они просто не могли принадлежать юнцу. Вокруг нас маячили обрывки тумана, превращаясь то в ватных бабочек, то в падающую с потолка паутину. Они залетали из коридора, но присутствие Уха не давало им ко мне приблизиться. Рядом с фантомом они будто скукоживались и осыпались на пол невесомой пылью. Когда Ух понял, что я смотрю на него, он протянул руку. Я попытался заговорить, но горло перехватило, и губы отказывались шевелиться, а потом ледяна ладонь легла на глаза, закрывая обзор. Стало темно и, наконец, спокойно. Я уснул или снова потерял сознание…
Отправив всех спать, тоже поднялась на верх. Надо бы ложиться спать, а то завтрашние уроки никто не отменял.
Утром я встала разбитая. Идти никуда не хотелось и сильно раскалывалась голова. Стоит мне начать плакать как здоровье сразу ухудшается.
Душ абсолютно не помог поэтому я сразу отправилась на кухню просить у повара кофе. Боюсь без него прийти в себя не смогу.
— Сара, с вами все хорошо? — обеспокоенно спросил Игнатий, увидев меня в дверях.
— Нет. Мне бы кофе.
— Садитесь. Сейчас все сделаю.
Кофе мало помог как я, впрочем, и думала. Что же примем одно средство и отправимся в школу. Урок сегодня только один и он стоит первым. Задерживаться сегодня не буду и после урока сразу домой.
Занятие прошло тихо. Похоже все учащиеся видели, что вчера произошло и сочувствовали, понимая мое состояние. Неожиданно, но приятно. Сочувствие лучше, чем ненависть или страх.
Как только прозвенел звонок я отпустила всех на перемену, а сама пошла собираться домой. Рабочий день, конечно, не закончился, но мне в школе все равно делать сегодня больше не чего.
— Сара, — окликнули меня, как только я вышла из школы.
Возле своей машины меня ждал Родрик. Что он тут делает? Мы же на вечер договорились.
— Родрик, что ты тут делаешь? Мы же на вечер договорились.
— Увы, но появились срочные дела. Поэтому я решил приехать раньше.
Мы довольно быстро доехали до моего дома и вошли внутрь. Там прошли в гостиную и сели на диван.
— Вы уже вернулись? — спросил вошедший Игнатий.
— Как видишь. Принеси пожалуйста нам чай.
— Конечно.
— Пока Игнатий готовит чай я бы хотела ознакомиться с документами.
— Конечно, — согласился Родрик передавая мне бумаги.
На изучение всех документов у меня ушел час. Я изучала все внимательно и только после этого поставила где нужно подписи.
— Все.
— Я рад, что ты все же решила остаться в нашем городе.
— Боюсь, что ты один. Несмотря ни на что меня все еще побаиваются хотя многие пытаются это скрыть.
— Все образуется, — уверенно сказал Родрик. — Я, пожалуй, пойду. Если понадобится помощь всегда обращайся.
— Конечно.
Проводив Родрика я устало вздохнула и решила поспать до обеда. Голова болеть перестала, а вот усталость и тяжесть во всем теле никуда не делись.
***
…A когда пришел в себя в следующий раз — увидел возле кровати кресло, в котором сидел Таро. Вурдалак смотрел прямо на меня, и в глазах его читалось презрение. К моей слабости или еще к чему-то. Да, я не смог постоять за себя. Но это не значит, что, будучи хранителем, он мог оставить меня на пороге Дома после всего случившегося.
Я на него злился, но демонстративно молчать было глупо.
— Где Даль? — спросил я.
— Помчался за аптекаршей.
— Зачем? Он ведь владеет целительским даром…
— А тебя не удивляет, что он им воспользовался только для того, чтобы свести старый шрам и то — перенапрягся? Его дар неустойчив. Он не смог тебя вылечить…
По мне, так лучше бы ты сдох, наконец.
— Ты никого не оставил в живых? — прервал я.
— Была нужда!
— Они спрашивали про Книгу…
— Именно! И кому ты успел разболтать свои тайны, Отменяющий?!
— в том- то и дело, что никому.
— Кроме пары-тройки инквизиторов? — с издевкой поинтересовался Таро.
— Знает только Кир, причем давно. Он бы никому не сказал, — возразил я.
Я завозился, усаживаясь поудобней. Таро молча наблюдал. Потом подошел,
поправил подушку. Прошипел:
— Слабак!
Я вздохнул. Отказываюсь понимать этого вурдалака.
— Таро. Ты хранитель, но хочешь моей смерти, зная, что подозрение падет на Даля. В чем причина вашей неприязни?
Таро уставился на меня.
— Неприязни, — повторил он и осклабился. — Причина в том, что ты так и так заведешь его до смерти. Подмечено верно. Сойдешь с ума ты, а расплачиваться будет он. Как расплатился за безумие подонка Эдвина. Все вы мудры и благородны только на словах. Но стоит поманить вас властью…
Злость сменилась удивлением. Выходит, я неправильно истолковал поведение Таро.
— Даля наказали? — проговорил я.
Вурдалак ухмыльнулся, показав клыки.
